11:43 

Темный бард. Книга1, Главы 9-10

Глава 9

В жизни так не хотел работать, как не хочу сейчас...
Кантаре

Где-то и когда-то,
Льдистая тень Вульпио
В небесных палатах вновь скользили тени, изящно обтекая витые колонны, а Вульпио, полупрозрачный слуга Пятого Герцога, словно сотканный из льда и инея, стоял у черно-алого трона Демиурга, расположенного на высоком постаменте. С двух сторон от него, молчаливыми статуями застыли двенадцать Герцогов, двенадцать мужчин, бесконечно преданных своему Господину.
Вот, прямо у трона, на первых ступенях, застыли Герцог Лунный Свет и Герцог Ночная Мгла, чуть склонившись к трону. Первый - бледный, с тонкими, почти просвечивающими пальцами, мягко сияющими молочно-белым светом, - улыбается тонкими губами и перебирает прядки белоснежных волос, в которых застыли холодными слезами случайные звезды. Его глаза источают свет луны, а одежды сливаясь в молочный туман, скрывают фигуру Первого Герцога.
Словно в противовес прозрачно-белому Свету, по левую сторону от трона стоит Мгла, мрачно сверкая серой ртутью глаз. Его длинные иссиня-черные волосы, разметавшись вокруг, словно струи дыма, придают фигуре мрачную таинственность. Черные отрывки плаща, сплетаясь затейливым узором, скрывают нижнюю часть лица Герцога, и сквозь полупрозрачные ленты лишь просвечивают жесткие линии губ, за которыми скрываются острые клыки. Длинные тонкие когти на искореженной правой кисти еле слышно пощелкивают по костяным пластинкам плаща, а взгляд падает на стоящего ниже Огненного.
Третий Герцог, не в силах устоять на месте, постоянно перемещается, чем не мало беспокоит флегматичного Бездонного Омута. Бескрайний Пожар, насмешливо щуря на недовольного Четвертого алые, словно наполненных магмой, глаз. Резкие сполохи рыжих волос негромко потрескивают, а короткий, словно вечно сгорающий в пламени плащ колыхается от его ломаных движений.
Омут, презрительно глядя на Третьего, склоняет голову на плечо и длинные волосы тяжелой волной опускаются к полу. Его черно-фиолетовые одеяния подобны водопаду, а черные и бездонные глаза Герцога наполнены величием и высокомерием.
Пятый Герцог, холодно глядя на своего подчиненного, от чего и так небольшая тень еще больше съежилась, улыбался присыпанными снегом губами - Жестокая Вьюга был создан из голубоватого льда. Его волосы, словно скользящие в бесконечном танце снежинки, сплетаются в сложные косы. Плащ тяжелым покровом наста укутывает его, а шипы ледяных доспехов переливаются в сиянии застывших в волосах Болотного Ужаса изумрудных огней.
Зеленоватые волосы, заплетенные в косички, топорщились в стороны, а обтягивающие одежды из лоскутков грубой ткани и меха придавали фигуре Шестого еще большую ломаность линий.
Седьмой же, усевшись на ступень, закутался в золотистую ткань огромного плаща. Пушистые волосы Песчаной Бури скрывает огромный капюшон, а темно-серое лицо, испещренное золотистыми линиями, скрытое падающей сверху тенью, постоянно меняется, словно не в силах передать эмоции, испытываемые в этот миг.
Да и Полуночный Ураган не менее подвижен, извиваясь в такт непонятной мелодии, переплетая тонкие шнурки, свисающие с темно-синего плаща. Черные кудрявые волосы Герцога мерцают каплями тумана, сияют серебристо-синие глаза, словно стараясь спрятать бушующее там безумие.
Девятый и Десятый Герцоги, бесстрастными стражами застыли ниже. Стальная Смерть, закованный в доспехи, сняв серебристый шлем, держит его на сгибе локтя. Аккуратно постриженные волосы, не достающие до плеч, цвета старой стали, покрытой пылью и налетом ржавчины, практически не двигаются даже от ветра снующего вокруг Урагана. Холодные глаза демона настороженно следят за всеми находящими в зале, сотканном из дыма.
Не менее внушающая и фигура Мрака Пещер, чьи одежды, словно выточенные из камня, превращали Герцога в зловещую статую. Но не было в нем неуклюжести и неповоротливости, наоборот, создавалось впечатление дремлющей силы, способной в любой момент развернуться в стремительном прыжке. Четкие линии его лица, немного грубые, неумело вырезанные в мраморе его кожи, заставляют смотрящего цепенеть от ужаса, сокрытого в пустых глазницах демона.
И последние из первых созданий Демиурга, Герцоги Безмолвного Погоста и Недремлющей Чащи, стоящие у подножия ониксовой лестницы, насмешливо переглядываются. Одиннадцатый, похожий, скорее, на скелет своими тонкими, словно выточенными из кости, кистями и скулами, горящие темным пламенем глаза зловеще поблескивают из-под капюшона пыльного плаща, а седые пряди волос падают ему на плечи.
И так же спокойно стоит последний из Герцогов Тьмы - старец, похожий на нахохлившуюся птицу в своем огромном полушубке, разорванном чьими-то когтями. И он тоже внимательно наблюдает за фигурой тени.
И Вульпио чувствовал себя неуверенно. Он понимал, зачем его призвал к себе Владыка, он прекрасно помнил задание, данное ему Жестокой Вьюгой, демоном, породившим его. Но не было выбора у хитрой тени, стремящейся выше к трону. И он стоял, ожидая, когда сидящий на троне усталый мужчина прикажет ему идти в мир Соррена. И тот не заставил себя ждать:
- Тень льда, сотворенная Пятым Герцогом и нареченная Вульпио, я призвал тебя дабы дать тебе чрезвычайно важное задание. Дошло до меня, что славишься ты среди теней умом и хитростью, так значит и судьба тебе спуститься в Соррен, где живет мой, все еще не осознавший себя Жрец. Твоя задача сделать так, что бы та капля Хаоса, что я поместил в сердце полукровки, проросла, превратив его в истинного Апостола. Как - это твоя проблема, Хитрец.
И Вульпио, низко поклонившись Демиургу, развернулся к выходу, не дрогнув, когда сзади раздался тихий голос Жестокой Вьюги:
- Не вздумай меня подвести, тень...
И это было совсем не о задании Демиурга.

URL
Комментарии
2013-03-02 в 16:42 

На Соррене вставало солнце, заливая равнину у леса перламутровым светом. Вульпио, невидимый, как дуновение северного, ледяного ветра, скользил над ней, стремясь к небольшим холмам, сквозь дерн которых просвечивали каменистые отроги. Низкие, кривые сосны усеивали их склоны, а рассветные лучи окрашивали камни розовым. Но у ледяной тени не было времени любоваться природой, да и не было желания- разве лед может любить жизнь в самом цветущем ее проявлении? Вот он и стремился вперед, не обращая внимания на окрестности.
Впереди уже поднимались склоны холмов, а солнце все еще не успело взойти. Вульпио успевал закончить до того, как палящие лучи дневного светила начнут плавить его призрачную плоть. Он, просачиваясь сквозь камни, приближался к цели- гнезду льдистых химер, спящих после бессонной ночи. Уже давно в этих склонах поселились эти твари, уже два года по ночам они разоряют деревни небольшого, но богатого графства Сэнтиар. Они- ночной кошмар, ледяным дыханием скользящий во мгле. Но ничего не может сделать молодой граф- маги льда не в силах справиться с изначальной стихией, закованной в их сердца Демиургом, а магов огня слишком мало в ближайших городах, слишком мало, чтобы растопить этот холод. А издалека никто не поедет, что бы истребить всего лишь небольшое гнездо, вот и мучается графство, давно не видевшее спокойной ночи. А сотни отрядов наемников приходят за золотом графа, обещанным освободителю, но никто его еще не получил. И не получит.
Тень, гадко смеясь, проникла в самое сердце гнезда. Как здесь было хорошо, прохладно, как в родных чертогах Льда! И Вульпио даже замер, чувствуя радость и умиротворение, но время не ждет, и он приступил к работе. Дух истинного льда, заключенный в кристалле, что дал ему Жестокая Вьюга, уже трепещет в его ладонях, а не проснувшиеся твари принюхиваются, словно чуя его. И холод, струящийся с ладоней тени, впитывался в тела льдистых, напитывая их холодом хаоса, силой и властью. И простые твари, сотканные из льда, превращаются в практически непобедимых ледяных Стражей. В них больше не было льда земного, был только небесный- лед, рожденный в хаосе и в хаосе же обретающийся. И не было у магов и воинов Соррена оружия против охотничьих псов Пятого Герцога, стерегущих его сон. Лишь истинная тьма и хаос способны поразить их, а здесь, в мире смертных, сейчас лишь четверо обладают крохами этих сил- холоднокровный Пророк Матери-мыши, запертый в самом глубоком подземелье Совета, белокожий Владыка драконов, древняя старуха-отшельница из сердца Гор Дроу и...новая игрушка Демиурга, Жрец-полукровка. Мало кто из Чертогов готов был принять новую фигуру, не пешку, но ферзя, на доску вечных интриг Ночного Двора Небес, даже Герцоги и те, не были уверены в тот достоин ли смертный занять самое высокое место у трона, намного выше, чем Первый. И Вьюга вместе с братьями решили проверить избранника Демиурга, подсунув ему задание, способное либо поднять его хотя бы до их уровня, либо уничтожить неугодного Двору. И Стражи Льда были идеальным вариантом проверки. И радостный Вульпио, исполнив самую сложную часть задания, устало полетел в сторону старого замка, а воистину огромные волки, покрытые ледяными шипастыми доспехами остались спать на инистых камнях гнезда.
Там, во дворце, уже проснулся тридцатилетний граф Жерар Сэнтиар. Он, одетый в черный, строгий военный мундир, работал над документами и с ненавистью косился на холмы, приносящие его землям столько неприятностей. Он, не замечая тень, принесшую в его кабинет прохладу, ежиться и, позвонив в небольшой колокольчик, бросает прибежавшему слуге:
-Сделайте же что-нибудь с окном! Я уже устал от постоянных сквозняков...Иди! Иди же, что стоишь?!
Но мнущийся слуга все не уходил. Он что-то бормоча, приблизился к господину.
-Ну же, говори, что надо!
-У границ...неизвестные наемники...Девять.
-Точнее!
-Стандартная пятерка- два мага и три воина,- прозвучал голос от входа. Отодвинув слугу, в кабинет графа вошел молодой парень лет двадцати пяти. Его темно-коричневая форма идеально сидела на крепком, мускулистом теле. Непримечательное лицо очень украшали нежно-зеленые глаза, видимо в предках начальника гвардии границ графства были сиды. Мирн Нерриар, улыбаясь своей бесподобной улыбкой, глядя на которую нельзя не улыбаться самому, продолжил, как только из комнаты исчез слуга. Вульпио, внимательно слушая разговор, почувствовал, что время близко, и все идет по плану Вьюги. Вульпио восхищался своим создателем, его огромным интеллектом- вот и сейчас все происходит так как он и предсказывал. Возможно, Пятый уже знал, чем закончиться проверка...
Но разговор продолжился, и тень не хотел отвлекаться.
-Стандартная пятерка- три воина и пара магов. Маги- нелюди, да и один из воинов тоже. Высший лич- некромант, уровень силы, по словам наших магов, очень высокий. С ним в паре- сид. Судя по всему, жрец. Очень непредсказуемая двойка, особенно если есть опыт работы вместе- Жизнь и Смерть рядом...это редкость. Воины тоже внушают опасения. Человек, возможно, стрелок, неизвестная единица. Судя по всему он начальник охраны или что-то вроде того; был либо солдатом, либо наемником. У него в подчинение девушка-воин, судя по внешности с юга. Опытная мечница, потенциально опасна- вы сами знаете бешенный нрав баб, особенно если они вооружены двуручником. Еще одна фигура, внушающая опасения- дроу, третий воин. Что делает подземный житель на поверхности?!
-Ты назвал только пятерых. Что насчет оставшейся четверки?
-Тут совсем темная история. Главный у них, судя по всему, полукровка, родословная его не очень ясно- скорее всего родители у него эльфы. Да-да, светлый и темная, но и мы, люди, тоже приложили свою ручку к появлению этого аристократика. Одет просто, но чувствуешься изысканный вкус, который не спрячешь, как ни старайся. Бард, ситара, которую удалось рассмотреть одному из наших стражей, древняя и должна стоить как годовой доход небольшого баронства. Нынешняя версия- внебрачный сын Высокой дроу, воспитанный где-то на границе территорий сидов и эльфов, что подтверждается прической, свойственной светлым эльфам и кинжалами работы сидов. Воспитан, возможно, отцом, предположительно из эльфийских Стражей Границ. Цель путешествия не ясна.
-С чего вы решили, что он аристократ и, что он является лидером?
-Граф, вы бы видели как он издевается над всеми, капризничает...И ни кто не заткнет это жизнерадостное чудо. По моему все ясно.
Мирн чему-то улыбнулся и продолжил:
-Дальше тоже много интересного. Вампир из следопытов, не воин, возможно, воспитатель полукровки или информатор. Для чего таскать с собой библиотекаря? Либо если с ним связаны какие-то особенные воспоминания, либо если группа занимается некими особенными, связанными с древностями, заданиями. И двое совершенно непонятных субъектов- скорее всего слуги, что является еще одним плюсиком к аристократизму полукровки. Парень и девушка.
-Странная компания. Куда направляются?
-Движутся по границе в сторону главного тракта. Пропустить?
-Ко...
И тут в игру вступил Вульпио, накрыв своими невидимыми пальцами голову Жерара, проникая в его мысли, внушая свои желания. " Наемники...Неизвестные, но предположительно сильные и опасные...Проблема с льдистыми тварями". И Жерар поддался увещеваниям тени, чем немало удивил своего старого друга:
-Конечно, нет! Возможно, они смогут справиться с этими тварями Врага! Как мы может их отпустить! Арестуй их за нарушение границ и притащи сюда!
-Так точно, граф!
И дезориентированный мужчина ушел, тихо притворив за собой дверь кабинета, а Вульпио, хитрая тень Жестокой Вьюги уже спешила на доклад к своему создателю.
" Что ж, теперь у Жреца Владыки будет лишь выбор- возвыситься или сдохнуть. Никто из его спутников не сможет помочь в этом деле, никто. И я не знаю, что будет лучше- его жизнь или его смерть.
Все в руках судьбы.
Ха-ха!
И, заливаясь смехом, по небу летит снежная тень, радуясь, что выполнил задание.

URL
2013-03-02 в 16:42 

Кантаре,
Странствующий бард

Как ни странно но мы все-таки вышли из болота! Я даже начал надеяться, что это не случайность...но облегченный вздох некроманта развеял мои надежды. Нам явно помогают Боги, а если вспомнить недавний сон, то Бог. Знать бы еще какой?
Воздух очистился от смрада болота, а под ногами перестало хлюпать...У Фури закончились бутерброды, которыми она могла бы подкармливать меня, так что ничто не мешало мне действовать друзьям на нервы, но настроения как-то уже не было. Так что я просто смотрел по сторонам. Теперь мы шли по светлому лесу, под ногами стелилась высокая трава, где-то прорастали нежно-голубые цветы...Очень красиво. Пели птицы, иногда в ветвях мелькали разные зверьки, а под ногами, пугая девушек, скользили змеи. Я так залюбовался окружающим пейзажем, что не заметил как все остановились. Схватив меня за шиворот, Неки подтащил меня в круг и стал осматривать с ног до головы. Меня это достало! Что он постоянно меня осматривает?!
-Ну как, нравлюсь?
-Нет. Но выбора нет.
Ээээ?
-В смысле?
-В смысле, что с тобой делать? Ты собираешься заявить всему миру и своему Владыке заодно, где ты? Я имею в виду цепочку,- и кивнул в сторону Нотамена.
Если честно, то я сам задумывался о том, что это очень мешает, но...
-Я его не сниму. Это было бы...предательством, что ли?
-Да я понимаю...Вот и думаю, как это спрятать...Ммм, попробуем вот так!
Повар подошел ко мне и, выплетя из общей косы пару маленьких, вплел в них цепочку. Как ни странно, но это практически скрыло знак драконов, превратив ритуальную цепочку в красивое и оригинальное украшение.
-Неплохо, неплохо,- пробормотал Неки, и я с ним согласился, взглянув в начищенную поверхность меча Джайрин. Остальные тоже крайне одобрительно взглянули на придумку Неки. Что ж, теперь можно поиграть в легенду придуманную еще для мастера-гнома. Отлично!
Я радостно потопал дальше. Судя по карте, которую прихватил из города запасливый Шурай, мы были не так уж далеко от тракта, на границе Вольных Городов и графства Сэнтиар. Мы решили поскорее пройти к тракту, что бы не нервировать графа. Но нам это не удалось.
Первые признаки повышенного внимания мы заметили буквально через полчаса после приближения к границе. Иллаби, мягко прикоснувшись к моему плечу, обрил мое внимание на тени, скрывающиеся за деревьями. Воины графства следовали за нами, не особо скрываясь, как говоря: "мы знаем, что вы знаете, что мы знаем, что вы здесь!".
Мы, заметив это, постарались пройти как можно быстрее...Но как обычно, все было как назло не удачно.
Как только мы решили, что все позади, как нас окружила гвардия графа, и молодой парень в нарядном мундире произнес:
-Вас приглашают в гости к графу.
Некромант насмешливо хмыкнул и, оглядев нас, спросил:
-А отказаться можем?
-Естественно, нет!

Иллаби Инумура,
Воин-дроу

Когда друзей взяли в кольцо вооруженные воины, Иллаби заметно напрягся. Они были неуклюжими, как и все люди, но их было много, а дроу, не привыкшему рассчитывать на других, было тяжело ощущать свою слабость, а особенно слабость брата. Иллаби постарался сместиться так, что бы прикрыть собой Кантаре. И, встав около него, Илл заметил как их группа собралась в один кулак, в любой момент готовый собраться для атаки. И гвардейцы это заметили, моментально ощерившись мечами.
Кантаре, что крайне неожиданно, заметил это первым и, подняв руки наверх, протолкался сквозь наш строй.
-Эй, ребята, ну что вы так? Мы пришли с миром и без оружия...Без оружия я сказал! Вот видите- мы без оружия...ну по крайней мере его не видно. Мы ждем от вас того же!
Властным движением глава отряда графа приказал своим воинам успокоиться, после чего, бесподобно улыбнувшись, двинулся с отрядом вперед, словно не беспокоясь пойдут ли арестованные за ним. Иллаби, все еще не отходя от брата, внимательно следил за ними, отслеживая каждый шаг и очень сильно нервируя гвардейцев.
Впереди показались стены замка, заросшего мхом, древнего, явно древнее, чем само графство. Иллаби даже замер от восхищения гениальностью строения. Ему никогда не нравились замки людей- они были слишком грубыми для утонченного вкуса эльфа, но этот замок был великолепными. И даже простота его стен не скрывала силы, величественности, дыхания древности. И сейчас, входя под своды каменной арки, Инумура впервые не мог оторваться от ветхих стен взглядом. Он даже забыл, что надо наблюдать за гвардейцами и, засмотревшись, оказался в одиночестве, когда все ушли вперед, и Иллу пришлось их догонять. Уже потом, вновь заняв свое место рядом с братом, он задумался, что это было необычайно странно- то, что их не сильно охраняли...Но эльф не привык отвлекаться на такие мелочи, так что вскоре эта мысль исчезла из его головы.
Вскоре они вошли в сам донжон, стоящий на небольшом плацу, просто наполненном гвардейцами и наемниками. Друзья удивленно переглянулись, а неугомонный Неки пробормотал:
-Сезон охоты на наемников?
"Теперь по крайней мере понятно, зачем нас сюда притащили",- пронеслась ленивая мысль в голове парня, которой молчаливой тенью следовал за братом. Это было даже странно, что их негласным лидером стал не Неки или Кэсс, как самые сильные и умные здесь, а веселый бард. Которой, кстати, сейчас вместо того, что бы хотя бы делать вид, что он чего-то стоит, в данный момент раздевает взглядом всех служанок, встречаемых на пути. Ему как будто бы все равно, куда они идут, зачем, что их ждет...Он, казалось, жил только сегодняшним моментом, тогда как большинство из них застыли в прошлом, изредка забираясь вперед. И только рядом с ним все они становились живыми и настоящими.

URL
2013-03-02 в 16:43 

Вот и сейчас, напряженные, они были боялись той неизвестности, наученные ошибками прошлого, тогда как он радовался окружающему миру как ребенок...Хотя иногда, Иллаби это видел, в его глазах словно просыпается то, что он видел в золотых глазах любовника матери. И это- зверь, зверь страшный и неуправляемый, в любую секунду готовый сорваться. И в эти мгновения даже Кэсс, давно забывший про страх, не мог сдержать дрожь. Но это бывает лишь на миг, миг, которого не хватает даже для того, чтобы точно увериться в существование этого зверя...Но то сражение, когда Илл стоял плечом к плечу с Кантаре, краем глаза видел его горящие глаза и приоткрытые в желании губы, смотрел на его живой взгляд, с неуемный любопытством взирающий на перерезанные глотки и вспоротые животы...Он не был похож на Рене, безумным в жажде крови, не был похож на играющего Кэсса, пресытившегося и скучающего Неки, нет, в нем не было этих эмоций, обычных для убийц всех мастей. В нем было только любопытство. И это пугало больше всего.
Но сегодня, следуя узкими коридорами донжона, в нем не было ни капли того дракона, что танцевал в ту ночь...Словно кто-то безумно опасный и кровожадный спрятался в глубине его сердца, что бы поспать перед обедом... сытным обедом. И, если говорить честно, дроу был этому рад.
А коридоры наконец закончились, и их вывели к большим резным дверям темного дерева. Двое молчаливых гвардейцев открыли створки, и мы, в сопровождение улыбающегося командира, вошли в комнату. Это судя по всему был кабинет графа- светлое помещение, шкаф, заполненный бумагами, стол, за которым видна фигура самого Сэнтиара. Он, склонившись над каким-то свитком, внимательно изучал его сквозь тонкие круглые очки, неуверенно держащиеся на кончике носа. Он явно был крайне уставшим, казалось что на его плечах огромный груз, непосильный для этого молодого мужчины- на висках уже виднелись первые перья седины, а глубокая скорбная складка на лбу, казалось, не могла уже расправиться...Как и не могли улыбаться его тонкие губы. Но он поднимает лицо- и на эльфа глядят живые глаза не сдавшегося воина. И граф Жерар начал, смотря на расслабленного барда:
-Я рад приветствовать вас в наших землях. Что же привело вас в графство Сэнтиар, лорд?
Что было не отнять у полукровки, так это умения импровизировать в любых ситуациях. Осознав, что его не только обозначили как главу отряда, но и как равного графу, аристократом, он сразу же изменился- стал еще больше уверенным и наглым, во взгляде появилась некоторое высокомерие и презрение, свойственное аристократом дроу и эльфов по отношению к людям. Причем, это случилось настолько изящно и легко, как будто бы случайно, словно сквозь неудачную маску пролезло то, что пытались скрыть...И на лице графа, переглянувшегося с улыбчивым гвардейцем, появилось удовлетворение. Уверившись в своих выводах, успокоившийся граф откинулся на спинку стула, ожидая ответ. Певец, небрежно пожал плечами, словно говоря "что делать, если меня уже раскрыли?", и, подойдя к креслу, стоящему напротив креслу, уселся в него с видом короля, оказывающего милость вассалу. "Не переигрывает?". Но судя по всему, графа его поведение полностью устраивало, так как он не стал возмущаться наглостью полукровки. Мы, не дожидаясь подсказок, встали вокруг. Если граф пришел к каким-то своим выводам, то лучше не разочаровывать его...По крайней мере пока.
-Случай, граф, исключительно случай! Мы, как это не печально признавать, заблудились...Мой охранник предложил сократить путь через лес, уверяя, что точно знает дорогу!
-Да, теперь мало кому можно доверять...- покачал головой граф.
Эльф явно услышал скрип зубов, явно олицетворяющий мнение окружающих о монологе барда. Иллу даже стало страшно за брата...Хотя защищать эту сволочь он не будет!
Но пока брат вел светские беседы с человеческим аристократом, дроу обеспокоено переглянулся с Неки, которого явно что-то беспокоило в этой ситуации. Если подумать серьезно, то здесь что-то не так- явно какие-то проблемы. Ведь если бы это было не так, то вряд ли бы весь замок был наполнен гвардейцами и наемниками. Да и их слишком уж наго притащили сюда...Все это сулило большие неприятности компании, которая совершенно не хотела светиться.
А граф тоже аккуратно перешел на проблемы графства, небрежно рассказав о терроризирующих их льдистых тварях...Кантаре посочувствовал, заметно напрягшись- похоже тоже начал понимать куда клонит хитрый граф.
-Вот вы с вашими телохранителями,- Сэнтиар обвел руками напряженную компанию и улыбнулся.- Не могли бы вы нам помочь, как аристократ аристократу?
-Ножом в спину...-ласково пробормотал стоящий слева Некатор.
Аристократ, явно не до конца расслышавший, но точно осознавший, что сказано было неприятное его эго, злобно зыркнул на уже совершено невозмутимого мужчину, и продолжил таким же благожелательным тоном:
-Так как, вы нам поможете?
И смотрит на барда так пристально-пристально.
Кантаре, понимая, что им абсолютно не с руки решать чьи-то проблемы, пытается придумать как отказаться от этой "заманчивой перспективы". Жерар Сэнтиар смотрит на это спокойно и как-то даже покровительственно...Друзья еле слышно, но очень злобно шипят.
-А отказаться от этой...чести можно?- спрашивает полукровка.
-Конечно, - невозмутимо отвечает граф.- Тогда вы арестованы за незаконное вторжение на территорию суверенного графства.
Пару секунд молчания, когда бард и граф сверлят друг друга взглядами, и сзади раздается радостный голосок гвардейца:
-Ну так когда идете?

Джайрин,
Наемница

Когда их наконец-таки оставили в покое, Джайрин, первой придя в себя, заявила:
-И что мы будем делать?
-Ну, выбора у нас нет,- улыбнулся неожиданно рассудительный бард.- Будем помогать графу. Вы же не думаете, что он поверит нашему честному слову и отпустит на все четыре стороны? А денег платить штраф или пошлину у нас нет.
Фури закивала, поддерживая Кантаре- именно ей, как самой подкованной в вопросах финансов были выданы наши очень скудные запасы монет. Все вздохнули.
-А вообще, -вдруг забеспокоился певец, - что это за льдистые твари? Шансы-то у нас есть?
И посмотрел на нас. Джайрин согласно закивала- на юге о таких не слышали. Все переглянулись, и Рене, как самый подкованный в этом вопросе, начал рассказ:
-Ммм, с чего бы начать? Наверное, начать надо со свиты Темного, двенадцати Герцогов. Я думаю, что все знают, что среди них есть Пятый Герцог, чья сила из Льда и Снега, именем Жестокая Вьюга. Его свиту, охрану, составляют Стражи Льда- огромные белоснежные духи, сотканные из зимней вьюги, чьи тела закованы в доспехи из крепкого льда. Они бессмертны, их сила огромна...Магия смертных, населяющих Соррен против них бесполезна.
Джайрин поежилась. Ну и твари! Немного похожи на духов песков, живущих у нею на родине...Если это действительно схожие существа, то против них шансов нет.
-И с этим мы должны сражаться?- перебила она рассказчика. Вампир, недовольно взглянул на мечницу, но девушка, ничуть не смутившись, все так же пристально глядела на него. Рене, вздохнув, продолжил:
-Естественно нет. Если бы нам предложили сражаться со Стражами Льда, я бы предложил выбрать другой, более приятный способ самоубийства...
-Зачем нам тогда про эти страхи слушать?
-Потому что льдистые твари- это потомки Стражей и горных волков! Это создания, которые имеют материальную форму, ненамного большую чем крупный волк, но способны замораживать дыханием и разделяться на снежинки, на время превращаясь в живую вьюгу. Опасные, но не очень сильные существа.
-Если это так,- продолжила рассуждать мечница.- То почему граф не смог нанять кого-нибудь более квалифицированного, чем мы. И почему никто из наемников, что толпятся во дворе не сделал это?
-Не знаю! Я что все должен знать по-твоему?!
-Ты не знаешь, зато я разузнал!- сказал Неки, входя в отведенную им комнату. Джайрин не могла вспомнить, когда убийца успел выйти, но это уже не удивляло ее- северянин ходил так, что даже эльф не мог услышать его шагов, а это что-то да значит.

URL
2013-03-02 в 16:43 

-Я тут поболтал с парнями,- начал он, дохнув на Рыжую перегаром.- И разузнал, что твари эти уже два года как поселились на холмах. Магов здесь мало да и не сильные они. Все стоящие маги на Западе- по ближе к Эльфийской Академии и землям светлых. А здесь на границе остались только отщепенцы, маги темных, чья сила управления стихиями невелика, да недоучки...Вообщем не густо. Вот и не может граф Сэнтиар найти пятерку Огненный, что растопят тварей. А наемники...Ну вы их знаете! Гоняться за наградой, и вместо того, что бы объединиться и уничтожить ледышек, прутся по одиночке и мрут как мухи.
Неки развалился на стуле и продолжил:
-Шансы у нас не очень плохие- я, Илл, Джайрин и златовласка сможем спокойно перебить штук пятнадцать тварей, если только Кэсс и Шурай, как наши единственные маги смогут удержать их от превращения. Гнезда больше пятнадцати не бывают...так что ничего, прорвемся!
Но Кэсс печально покачал головой, говоря:
-Нет, ребята, в этот раз на меня особо не рассчитывайте...Магия Льда для меня очень опасна! Помните, в таверне я просто замер, не в силах воззвать к Муэрте? В гнезде со мной может случиться нечто подобное. Я ведь практически полностью мертв, а холод приближает меня к окончательному концу. Так что я не помощник, зато Рене...
-Угу,- кивнул вампир.- Если мне удастся выпить крови этих тварей, то я смогу взять двух-трех под ментальный контроль. Это должно пригодиться.
Все радостно загомонили, понимая, что схватка не должна быть особо тяжелой. Вот только, как заметила воительница, Кантаре не спешил радоваться. Наоборот, его лицо стало крайне задумчивым и обеспокоенным- ни капли не похожем на обычное веселое и немного насмешливое. Казалось, его терзали какие-то мысли, переживания...И это было не похоже на обычно беззаботного и радостного барда. Джайрин, переглянувшись с Илом, тоже заметившим состояние брата, подошла к полукровке и спросила:
-Кантаре, все в порядке? Что-то случилось?
Бард, подняв на девушку свои изумительные глаза, сказал еле слышно:
-У меня плохое предчувствие. Очень плохое.

Кантаре,
Странствующий бард

У меня с самого разговора с Жераром были нехорошие предчувствия. Нет, я знал, что граф нам не врет- не в его положение! Но все равно какой-то червячок грыз меня, словно говоря, что никому нельзя доверять. Что надо быть на стороже. Все вокруг радовались достаточно легкому заработку, а я, напротив, становился все более и более мрачным. Мне не нравилось решительно все- и то, что мы лишились сильнейшего мага, и то, что граф настоял на том, что нам надо сегодня же идти к гнезду...Да и наши раны, несмотря на прекрасные мази Неки и талант Шурая, все еще были крайне болезненными. В общем, несмотря на радужный настрой приятелей, я очень сильно сомневался в легкости предстоящего задания. Мне начинало казаться, что все что случается со мной в последнее время, кем-то если не спланировано, то предсказано-то точно! То как я познакомился с ребятами, нападение, сплотившее нас, это странное задание- все было уж очень гладко и быстро. Моя жизнь, такая тихая и спокойная в небольшой горной деревеньке, развернулась как тугая пружина, и жизнь в безумном хороводе понеслась вперед. Теперь главное, что бы эта пружина не ударила меня по носу или другой важной части тела...
Было странно, что ни Неки, ни Кэсс не чувствовали опасности...Хотя возможно они просто не показывали этого. Или у меня паранойя. Последнее приобретало смысл, особенно если учитывать того мужика, что последнее время мерещился мне во снах и наяву. От него веяло смутной угрозой и неприятностями. Я бы не удивился, что именно этому глюку я обязан большинством проблем. Почему я не думал, что это ничего не значащие сны? Наверное, потому что и Марья, и Отец говорили о том, что в мире не бывает случайностей, есть только неизбежность. И если на твою голову начинают сыпаться неприятности, то это может значить только одно- какой0то Бог начал свою игру, и тебе осталось надеяться, что ты не разменная фигура.
Мы решили, что раз граф так торопиться, то выйдем мы часа за четыре до заката, пока твари еще спят. Так как у нас оставалось еще почти пять часов, все решили немного отдохнуть. Джайрин побежала тренироваться, заметив в толпе наемников парочку интересных субъектов, а Шурай как обычно поплелся следом, старательно изображая слугу, что у него получалось не очень-то хорошо. Братец с Неки принялись метать ножики в портрет какой-то дамы в розовом, соревнуясь в меткости, Фурии и Пати еще час назад свалили на кухню...Вампир и Прах тоже исчезли. Мне было скучно.
Скучно...Побренчав на ситаре и получив подзатыльник от Неки, я был отправлен "куда-нибудь подальше, что бы не мешал". Обидно, знаете ли...В общем, я вот уже час как сижу на этом маленьком балкончике в довольно пустом крыле замка. Донжон, где остался граф, возвышался справа, а внизу простирался лес, посреди которого были видны холмы льдистых. Именно оттуда, каким-то странным холодом, струилась опасность. Все мое существо кричало, что не надо туда соваться, беги...Но одновременно, это я почувствовал только сейчас, что-то внутри меня улыбалось и, облизываясь, шептало, что это будет весело. Мой "дракон" всегда был на редкость кровожадной тварью. Но обычно в нем не было спокойной силы, только безумная жажда убийства. Странно, странно...Я поднял глаза вверх. Небо было необычайно красивое- светлое, нежное...Солнце светило свысока, разбрасывая свои лучи по вершинам деревьев и полянам. Только вот, снова странно, сегодня почему-то не только солнце выглянуло из-за туч, но и рваный полукруг луны, мерцая на востоке, насмешливо смотрел на певца, поющего небу:
-Свет луны, отражаясь от воздуха,
Освещает полночный мотив,
Говорят, что вселенная создана
Чьим-то сном. Может это не миф?
Может кто-то, заснув до полудня
И метаясь под ветками слив,
Там где тень и плетенные стулья,
Сочинил сумасшедший наш мир.
Он средь нас ходит в облике сером,
И не знает, что он- божество.
Мир наш держится вовсе не верой,
А длинною его светлых снов...

URL
2013-03-02 в 16:44 

Я пел, забыв про все, отдаваясь музыке, что вырывалась из-под моих пальцев, сплетая слова, играя мотив для неба, леса, солнца и луны, так насмешливо выглядывающей из-за окна...Я пел, и не видел ничего, не знал ничего, кроме песни...Моей песни.
-Если так, то тогда все понятно-
И безумье, и хрупкость надежд,
Что судьба не написана внятно,
А струиться за нами вослед...
Но однажды он все же проснется,
Скажет: "Что за бессмысленный сон?".
Мы исчезнем, уже не вернемся,
Ни к родным, ни в покинутый дом...
Я прошу- пусть подольше продлиться
Теплый сон под листвою в саду!
Не тревожит пускай голос птицы
Беспокойную дрему твою...
Но бессмысленны крики немые-
Беспощадные струи дождя
Упадут на лицо и на сливы,
И проснусь летним днем только я....
-Красивая песня,- раздался тихий голос, как только последние отзвуки затихли в листве деревьев, шелестевших внизу.
Я резко обернулся и увидел красивого юношу примерно моего возраста, одетого в белоснежный плащ, полностью скрывающий его фигуру. Он был необыкновенно тонок, практически как Шурай, но в этом незнакомце я не заметил так свойственную сидам ломанность движений- он, казалось, не шел, а перетекал, как лучи света, скользнувшие в комнату из-за приоткрытой занавески. Длинные серебристые волосы мягкими волнами спускались с плеч до пола, скрепленные странной сеткой с застывшими прозрачными каплями. Странные глаза, настолько светлые, что радужка практически сливалась с белком, тонкие бесцветные губы...Держащийся с величием короля, гость был не просто необычным, он был еще и крайне опасным. Я это прекрасно понимал, едва сдерживаясь, что бы не отступить назад, когда он подходил все ближе и ближе. Мне надо было исчезнуть еще в первые секунды разговора- сейчас поздно, я застыл как лесная зверушка перед взглядом хищника. Острые зубы, открывшиеся при улыбке белого, слегка блеснули...
-Боишься?- вопросительно про пел незнакомец.
-Да,- ответил я, и оцепенение словно спало. Я снова был самим собой, а из-под маски просачивался зверь, возмущенный тем, что кто-то посмел его напугать. Он требовал крови. И я, на миг отдавшись этому безумию, впустил в глаза ярость, сжигающую мое сердце. Детский интерес и жгучее любопытство чудовища, живущего во мне. И белый отшатнулся. Но в его глаза не было страха. Только восхищение, сменившееся удовлетворением. Подойдя ко мне, он приподнял мою голову, и, смотря прямо в глаза, сказал:
-Ты не разочаровал меня, маленький бард,- голос его струился, зачаровывая, не давая отвлекаться ни на что другое.- Возможно Господин был и прав, когда избрал именно тебя. В тебе есть сила...и талант! Не вздумай умереть раньше времени, не огорчай Господина.
-Кто ты?- пробормотал я, не в силах оторваться от бездны в его глазах. Мне снова стало страшно.
-Я?- он улыбнулся.- Я тот, кого вы называете Первым Герцогом Врага.
-Я,- он отпустил мое лицо и, раскинув руки, улыбнулся совершенно сумасшедшей улыбкой.- Я- Время! Я- Свет Тьмы! Я- Первый у трона Темного Демиурга! Ха-ха-ха!
Он смеялся, и было не понятно, смеялся ли он над собой или надо мной. Но, смотря на него, на его смех, уточнять почему-то не хотелось. Совсем.
Отсмеявшись, Герцог отступил в полумрак коридора, к узкому окну, сквозь которое мне была видна серебристое светило. О, все так же пристально глядя мне в глаза, происнес6
Луна покровительствует певцам и поэтам, художникам и сказителям...Пой для нее, бард, пой для нее, Жрец, пой! Пой! Пой, и она однажды ответит тебе!
И растворился в темноте, став маленьким отсветом луны...
Я молчал, не понимая, что твориться вокруг, с какой стати Первый их Темных Герцогов почтил меня своим присутствием, что вообще твориться со мной в последнее время...И чего мне не сиделось в деревне!
-И с чего эта белобрысый назвал меня Жрецом?! Я не служу никому из бессмертных!- закричал я от отчаяния в небо, такое холодное и равнодушное. Мне показалось или я опять слышал этот противный смех?! Нет, точно не показалось!
Тяжело вздохнув, я снова положил ситару на колени, пробежавшись по тонким струнам, и начал петь, смотря на еле видный лик луны. Не следует пренебрегать советами тех, кто намного сильнее тебя...
-Налей мне вновь вина!
Пускай в багровой влаге
Поселиться луна!
Пусть свет ее, смеясь,
На тонкой грани шпаги,
Играет не таясь!

URL
2013-03-02 в 16:44 

Я пел, забыв про все, отдаваясь музыке, что вырывалась из-под моих пальцев, сплетая слова, играя мотив для неба, леса, солнца и луны, так насмешливо выглядывающей из-за окна...Я пел, и не видел ничего, не знал ничего, кроме песни...Моей песни.
-Если так, то тогда все понятно-
И безумье, и хрупкость надежд,
Что судьба не написана внятно,
А струиться за нами вослед...
Но однажды он все же проснется,
Скажет: "Что за бессмысленный сон?".
Мы исчезнем, уже не вернемся,
Ни к родным, ни в покинутый дом...
Я прошу- пусть подольше продлиться
Теплый сон под листвою в саду!
Не тревожит пускай голос птицы
Беспокойную дрему твою...
Но бессмысленны крики немые-
Беспощадные струи дождя
Упадут на лицо и на сливы,
И проснусь летним днем только я....
-Красивая песня,- раздался тихий голос, как только последние отзвуки затихли в листве деревьев, шелестевших внизу.
Я резко обернулся и увидел красивого юношу примерно моего возраста, одетого в белоснежный плащ, полностью скрывающий его фигуру. Он был необыкновенно тонок, практически как Шурай, но в этом незнакомце я не заметил так свойственную сидам ломанность движений- он, казалось, не шел, а перетекал, как лучи света, скользнувшие в комнату из-за приоткрытой занавески. Длинные серебристые волосы мягкими волнами спускались с плеч до пола, скрепленные странной сеткой с застывшими прозрачными каплями. Странные глаза, настолько светлые, что радужка практически сливалась с белком, тонкие бесцветные губы...Держащийся с величием короля, гость был не просто необычным, он был еще и крайне опасным. Я это прекрасно понимал, едва сдерживаясь, что бы не отступить назад, когда он подходил все ближе и ближе. Мне надо было исчезнуть еще в первые секунды разговора- сейчас поздно, я застыл как лесная зверушка перед взглядом хищника. Острые зубы, открывшиеся при улыбке белого, слегка блеснули...
-Боишься?- вопросительно про пел незнакомец.
-Да,- ответил я, и оцепенение словно спало. Я снова был самим собой, а из-под маски просачивался зверь, возмущенный тем, что кто-то посмел его напугать. Он требовал крови. И я, на миг отдавшись этому безумию, впустил в глаза ярость, сжигающую мое сердце. Детский интерес и жгучее любопытство чудовища, живущего во мне. И белый отшатнулся. Но в его глаза не было страха. Только восхищение, сменившееся удовлетворением. Подойдя ко мне, он приподнял мою голову, и, смотря прямо в глаза, сказал:
-Ты не разочаровал меня, маленький бард,- голос его струился, зачаровывая, не давая отвлекаться ни на что другое.- Возможно Господин был и прав, когда избрал именно тебя. В тебе есть сила...и талант! Не вздумай умереть раньше времени, не огорчай Господина.
-Кто ты?- пробормотал я, не в силах оторваться от бездны в его глазах. Мне снова стало страшно.
-Я?- он улыбнулся.- Я тот, кого вы называете Первым Герцогом Врага.
-Я,- он отпустил мое лицо и, раскинув руки, улыбнулся совершенно сумасшедшей улыбкой.- Я- Время! Я- Свет Тьмы! Я- Первый у трона Темного Демиурга! Ха-ха-ха!
Он смеялся, и было не понятно, смеялся ли он над собой или надо мной. Но, смотря на него, на его смех, уточнять почему-то не хотелось. Совсем.
Отсмеявшись, Герцог отступил в полумрак коридора, к узкому окну, сквозь которое мне была видна серебристое светило. О, все так же пристально глядя мне в глаза, происнес6
Луна покровительствует певцам и поэтам, художникам и сказителям...Пой для нее, бард, пой для нее, Жрец, пой! Пой! Пой, и она однажды ответит тебе!
И растворился в темноте, став маленьким отсветом луны...
Я молчал, не понимая, что твориться вокруг, с какой стати Первый их Темных Герцогов почтил меня своим присутствием, что вообще твориться со мной в последнее время...И чего мне не сиделось в деревне!
-И с чего эта белобрысый назвал меня Жрецом?! Я не служу никому из бессмертных!- закричал я от отчаяния в небо, такое холодное и равнодушное. Мне показалось или я опять слышал этот противный смех?! Нет, точно не показалось!
Тяжело вздохнув, я снова положил ситару на колени, пробежавшись по тонким струнам, и начал петь, смотря на еле видный лик луны. Не следует пренебрегать советами тех, кто намного сильнее тебя...
-Налей мне вновь вина!
Пускай в багровой влаге
Поселиться луна!
Пусть свет ее, смеясь,
На тонкой грани шпаги,
Играет не таясь!

URL
2013-03-02 в 16:45 

Пати,
Ученик менестреля

Пати, в отсутствие золотоволосого барда, был необыкновенно тихим. Он, по правде говоря, очень боялся собравшихся вокруг его учителя. Мертвые некроманты и вампиры были любимыми страшилками на улице, так что путешествовать в их обществе было по меньшей мере пугающим. До дрожи в коленках. А противный Кэсс, заметив это, теперь постоянно смеялся и подкалывал мальчишку. Дроу не на много отставал от предыдущих по количеству страшных сказок, рассказываемых в человеческих городах...А еще был сид, убийца и наемница с громким голосом и тяжелой рукой! Пати, поморщившись, потер шишку, доставшуюся ему от Джайрин. Только вот с Фури у него более или менее сложилось- девушка, как бывшая воровка понимала парня лучше других, да и не была такой уж страшной как остальные.
Но это было не все, что беспокоило рыжего мальчишку- ему было неудобно за собственную бесполезность. Он был единственным кто не приносил никакой пользы! Даже бывшая официантка могла помогать друзьям, а вот от Пати были только неприятности. И поэтому он, вернувшись с кухни, тихонько уселся в стороне, стараясь никому не мешать. И сам не заметил как заснул.
Проснулся он от того, что его довольно небрежно трясли, прикрикивая, что пора вставать. Мальчик, резво открыв глаза, заметил, что все уже собраны и готовы к путешествию. Не хватало только его учителя, что было довольно странно, учитывая, что бард не был особенно склонен опаздывать. Разбудившая его наемница. Заметив, что парень пришел в себя, перестала его трясти и приказала:
-Малый, иди сбегай за своим учителем! Служанки сказали, что он в северном крыле! Только поживее- нам еще минимум час по лесу переться!
И Пати, совершенно не желая получить еще одну шишку для симметрии, побежал. В конце концов он впервые был кому-то нужен и полезен! Немного поплутав, он все-таки нашел северное крыло и нужный балкон. Там, усевшись на перила и скрестив ноги, сидел Кантаре. Он тихонько пел, перебирая струны инструмента, а взгляд его смотрел не на залитый оранжевым светом, стремящегося за горизонт солнца, лес, а в окно над головой ученика. Прохладный вечерний ветер колыхал волосы барда, играя с выбившимися из прически косичками...
Закончив песню, Кантаре заметил нового слушателя и, легко соскочив с перил, подошел к нему. Улыбнулся спокойно и тепло и, потрепав по волосам, спросил:
-Уже уходим?
После чего, дождавшись кивка, уверенно пошел назад. А Пати, очнувшись, побежал за ним, уже на бегу задавая вопрос:
-А что это ты пел? А как играть на ситаре? А ты научишь меня? Как...

Кантаре,
Странствующий бард

Я практически не слушал болтающего Пати, на автомате отвечая что-то размытое и неопределенное, но он этого не замечал. И слава Богу. А все думал о странном госте. Когда к тебе является бессмертный это уже событие из рчда вон выходящее, но когда к тебе является Первый Герцог Тьмы и говорит о своем Господине. А какой-то мужик явно божественного состояния называет тебя своим Жрецом...Это наводит на мысли. Нехорошие.
Нет, я не был истово верящим в Светлых Богов как большинство на Соррене, не верил и в Богов-Прародителей, как темные...Но все равно, от мысли, что я мог стать Жрецом Врага мне становилось дурно. Я не мог представить, что может от меня потребовать Один из Великих, заклейменный всем миром как Жестокость, Зло и Тьма...И я боялся того, что я смогу сделать это. Мой зверь довольно рычит, как только я думаю об этом. Рычит требуя немедленно начать кровавые жертвоприношения. Вот прямо сейчас. И не надейся, я еще не сошел с ума, и не собираюсь заниматься самодеятельностью. Пока я не буду уверен, что все обстоит именно так, пока я не узнаю, что может от меня потребоваться...Целибата не будет, эт точно! И вообще, что это за наглость- назначать жрецом не интересуясь мнением назначаемого! Не согласный я! И все!
Ладно, хватит отвлекаться на всякую чушь- вот все уже собранные и напряженные. Я тоже постарался принять соответствующее выражение лицо, но вновь вернувшаяся паранойя и ощущение опасности. Не дало мне стать уверенным командиром, оставив только очень напряженного. Но друзьям было наплевать на мой внешний вид, так что мы, в сопровождении пятнадцати воинов графа под предводительством улыбчивого офицера, двинулись в путь до логова тварей, дабы сокрушить эту мерзость. Мы прям герои! Гвардейцы же пошли с нами, что бы мы "не заблудились". Ага, так мы и поверили! Не держите нас за дураков, мой дорогой граф Жерар! Мы тоже не лыком шиты...Когда мы зашли поглубже в лес, братик, стоящий рядом, наклонившись к моему уху, предложил:
-Их всего шестнадцать, не одного мага...Мы с ними в легкую справимся.
И помолчав, продолжил:
-Мы же все видим как тебе не нравиться задание графа! Не мучай себя- мы их может даже не убивать, а так оглушить...До границы здесь меньше суток, а там- тракт и граф нас не сможет найти...так как, брат?
Оглядевшись, я понял, что все уже знают экстренный план, и приготовились к его исполнению. Надо признать, что в этот раз все получилось куда как лучше- люди графа не заметили их приготовлений и все так же спокойно шли по бокам. И я задумался. Илл прав- все должно пройти без сучка без задоринки! И это позволит мне не соваться в это дурацкое гнездо...Может, и правда?..
Небо уже темнело, и свет серебристой луны еще ярче светился на Сорреном. Мой взгляд снова прилип к ней и я, словно сквозь толу воду, услышал звенящий голос, эхом отдающийся в моих ушах:
-Не разочаровывай меня, маленький бард...
И словно что-то холодное, как острие ножа, прикоснулось к моей шее. И снова вернулся страх.
Я заговорил, стараясь правильно подбирать слова:
-Нет, это будет...не правильно. Надо держать слово...
Илл, внимательно посмотрев на мое лицо, пожал плечами и незаметным знаком объявил отбой. И все расслабились. Посмотрев на них, я понял, что сделал правильно- никто из них не хотел обманывать упрямого графа. А что касается меня, то я перестал чувствовать напряженный и холодный взгляд в затылок...Тоже дело!
Когда мы подошли к холмам, солнце еще светило, так что найти вход нам не удалось. Мирн, а именно так звали офицера, рассказал о том, что гнездо этих тварей и само по себе является неким живым организмом, так что, когда его хозяева спят, гнездо сворачивается в ледяную сферу, а подходы к центру холма засыпаются...И подойти к льдистым не представляется возможным. Только с первыми минутами ночи, когда ни единый лучик солнца не прорывается сквозь листву- только тогда открывается проход внутрь. Мы, осознав свои возможности решили, что проще всего будет, если мы проведем сражение внутри холма- это даст нам небольшое преимущество. Так что мы напряженно ждали заката.
И вот он наступил. Последние лучи погасли, и в пологом склоне открылся коридор, ведущий вовнутрь. Пол и стены были покрыты инеем и ледяными наростами, когда мы ступали по ним, они скрипели тихо, но до ужаса противно. Мы вздохнули и, оставив на поверхности вещи и детей- нечего было Фури и Пати делать внутри- только мешаться бы стали, двинулись вперед. Было темно и тихо- единственными звуками было наше дыхание и скрип снега на сапогах.
А мое сердце стучало как бешенное, понимая, что рядом просыпается что-то страшное.

Стражи Льда

Новорожденные Стражи просыпались в глубине холма. Они вставали, стряхивая с брони снег и сладко потягивались.
Они были очень голодны.
Очень.
А где-то рядом, прямо на пороге их гнезда, суетились теплые куски мяса, способные насытить животы бессмертных созданий Льда и Хаоса...
И Стая помчалась вперед.

URL
2013-03-02 в 16:46 

ГЛАВА 10
-Я знаю, что твой сын работает на скотобойне?
-Ну да, а что?
-И ему это нравиться?
-Конечно, он с детства любил со зверушками возиться!


Кантаре,
Странствующий бард

Когда вдалеке раздались первые шорохи, мы были уже достаточно глубоко- свет заходящего солнца уже не мог освещать коридор, и Кэсс призвал кладбищенские огни. Вообще-то, это заклинание боевое, но за неимением лучшего сойдет. Так что мы пробирались по земляному ходу лишь в свете зеленоватых огоньков, парящих вокруг. Блестели глыбы льда, переливался иней...Это могло бы быть необычайно красиво, если бы не было настолько пугающе- эти искры в зеленоватом свечении казались тысячами глаз, преследующими нас, следящими за нами голодным взглядом. И мы шли, казалось, даже не дыша- настолько пугающим было застывшее великолепие льда и снега. И тишина, прерываемая только скрипом когтей и шорохом шагов...И это пугало еще больше.
Кэссу, среди этого белого и холодного мира, становилось все хуже и хуже- его движения становились все более резкими, как будто он превращался в стеклянную куклу...На лице обычно насмешливого некроманта стало появляться, что-то похожее на боль и страх. И еще, казалось, что он видит своими слепыми глазами намного больше чем мы- маленькая капля пота, леденеющая в воздухе, стекает по лицу, и он шепчет хриплым тенором:
-Холодно...Слишком холодно для небольшого гнезда...Здесь что-то не то!
И все тут же забеспокоились! Нет, а когда я что-то такое говорил- на меня не обращали внимания! Точно когда-нибудь обижусь! Но все равно- наконец-то, они стали серьезны, и стали пристальнее вглядываться в шуршащую темноту коридора. Я не знал, что нас ожидает, что за неприятности накинуться на нашу компанию из-за меня...После сегодняшней встречи, я еще четче понял, что все, что происходит вокруг меня в последнее время, связано какой-то целью, может пока и не известной мне, но очень важной...и ее невозможно избежать. Нет, я не фаталист, просто теперь я точно знаю, что "бяка наверху" точно есть! Ну или внизу, если вспомнить КТО моя личная бяка...Опять таки, если я прав в своих выводах. Сначала я даже подумал их поотговаривать, но, оглядев напряженные лица, понял, что это будет бесполезно, так что просто достал сестер и подцепил на лезвие правой свой полумесяц.
-Что ты почувствовал?- дрожащим голосом спросила Джайрин, сжимая в ладонях огромный двуручник.
-Здесь слишком много силы, холода и еще чего-то темного и бесконечно спокойного. Вечно спокойного. Эта сила, перемешанная со льдом,- он замолчал, словно подбирая слова, и продолжил,- чем-то родственная моей, но намного, намного, страшнее и старше госпожи Муэрто...
Он остановился и, обернувшись, обвел всех своими серебристо-фиолетовыми глазами, в которых плясали бело-зеленые магические огни...
-Это совсем не то, что должно быть в малом гнезде льдистых...
-Неужели нас надули?- приподнял бровь Неки, кивая на оставшийся далеко позади выход, ожидая ответа. Но Кэсс промолчал- вместо него заговорил вампир, пожав тонкими плечами.
-Не думаю,- Рене прикрыл глаза и высунул язык, словно пробуя на вкус холодный воздух подземелья,- Граф тут не причем. Наша семья собирала сведения уже много лет и здесь никогда не замечали аномалий...а это- аномалия, уж поверьте! Да и,- он облизнулся,- похоже, это совсем недавняя! Как будто кто-то ее создал специально для нас!
И все замолчали.
Я тоже молчал, словно не замечая пристальных взглядов. Илл догадывался, как и вампир, что все это каким-то образом связано со мной. И ждали моей реакции, но я продолжал молчать, так что им пришлось отступиться. Тем более, что вдали послышался глухой вой...
-Да, эт точно не льдистые...-флегматично заявил вампир.
И у всех похолодела кровь.

Мы брели по коридору, ориентируясь только на все усиливающийся холод. Кэсс, которого полчаса назад скрутила судорога, брел позади, обвитый плющом, выращенным Шураем- он, отдавая жизненные силы, согревал некроманта, и тот вполне мог не только двигаться, но достаточно хорошо мыслить...Только вот его сила была крайне ограничена, Смерть, обвитая Жизнью, слабеет. Я даже предложил оставить его, но лич так взглянул на меня, что мне стало страшно, м я поднял руки кверху.
Становилось все холоднее. Я, не в силах сдержать дрожь, стучал зубами, а по коже проползали толпы мурашек. Не лучше дела обстояли и у других...Но мы не могли позволить себе расслабляться- опасность, казалось, как удавка сдавливала горло...А холод стал совсем невыносимым...И вдруг пошел снег. А за нашими спинами послышалось тяжелое дыхание.
Обернувшийся первым вампир почернел...и меж нами пронесся его вздох-фраза:
-Стражи...стражи льда...
И ответом ему был рык твари, застывшей сзади. И тут Неки закричал:
-Бегом!
И мы побежали. Мы бежали, не замечая дороги, просто неслись куда-то вглубь холма, в бездумном ужасе перед преследующей нас тварью. Но все равно, остатками разбегающихся мыслей, я понял. Что с нами не просто играют- нас куда-то гонят...и мне это не нравилось. Но думать о этом не было времени, так как сзади, в дыхании огромной твари, замерзал воздух. И рассыпались снегом камни...И мне было страшно.
Впереди заблестел серебристый свет, и мы ринулись еще быстрее, надеясь, что там выход наверх...Как было велико разочарование, когда мы выскочили в огромный зал, покрытый ледяными наростами...Гнездо Стражей было покрыто слоем снега, сверкающим в лучах луны, просвечивающих сверху, сквозь колодец. Мы стояли в середине. А из множества отверстий-коридоров глядели синие горящие глаза Стражей.
Отступать было некуда.
Вокруг была только смерть. Смерть в глазах пятнадцати Стражей против которых у нас не было ни шанса.
И мы улыбались, предчувствуя последнюю забаву.

URL
2013-03-02 в 16:46 

Лунный Свет и Жестокая Вьюга,
Где-то и когда-то

Лунный Свет, улыбаясь настолько доброжелательной улыбкой, что она казалось наигранной и жестоко-насмешливой, смотрел в молочно-белый туман, зависший в воздухе подобием зеркала. Там, в глубине, виделось сражение в свете серебристых лучей, где между огромных волков танцевали фигуры смертных. Стражи, словно играясь, сновали вокруг, не убивая, а смеясь...
Вьюга тоже наблюдал за ними, чуть склонив голову и словно застыв от предвкушения. Он продолжал смотреть и тогда, когда израненные фигуры, прижавшись спинами, застыли в центре, а Стражи Льда стали сжимать свой круг. Он только прошептал, прикоснувшись к туманной завесе:
-Я жду твоего шага, Жрец моего Господина! Сколько тебе надо потерять, что бы пробудиться? Сколько боли испытать, что бы сродниться с Хаосом, застывшем в твоем сердце? Я дам тебе все это...ведь Лед не имеет жалости.

Кантаре,
Странствующий бард

Мы стояли в центре заснеженного зала, измотанные, усталые...А огромные серебристо-белые твари, сверкая синими глазами, медленно приближались. В их движениях уже не было той сонной неторопливости, что спасала нас раньше, когда один из этих зверей гнал нас по лабиринту под холмом, но не было и ярости зверя, готового растерзать тебя несмотря ни на что. Этот момент и давал нам, хоть призрачный, но все же шанс сбежать, прорваться сквозь играющую свору и убраться из этого проклятого графства. Но с каждым ударом Стражей, с каждой новой атакой, этот шанс таял- у нас, израненных, замерзших, с вновь открывшимися ранами, крайне быстро таяли силы. Неки и Джайрин, прикрываемые мной и братом, едва держались на ногах, нам тоже было не сладко. Но от наших клинков не было никакого толка- прорываясь сквозь плотный панцирь, острие попадало в тело, словно сотканное из вьюги, а зверь попросту не чувствовал этого. Методом проб и ошибок я понял, что наибольший урон способны нанести мои сестры- от них хотя бы оставались царапины...Но все равно мы были не больше, чем игрушками для созданий Льда и Хаоса. Что нельзя было сказать о нашей магической поддержке.
Шурай и Рене, прикрывая практически парализованного Кэсса, действовали необыкновенно слажено. В то время как прорастающие сквозь лед ростки разрывали доспехи Стража и, обвивая тело, заставили зверя материализоваться, вампир вцепился клыками в горло огромного волка и, вцепившись в обжигающе холодную шерсть, пытался прогрызть до артерии. Зверюга металась, пытаясь сбросить следопыта, задевая других и не давая остальным приблизиться к магам., что было крайне кстати, так как сил ни у того, ни у другого не было.
Я, проскальзывая под тяжелой лапой, швыряю полумесяц в подкрадывающегося к Некатору Стража- он, ударяясь о ледяные доспехи, застревает в трещине, так что мне приходиться резко прыгать вперед, оставляя повара без прикрытия. Подскочив к твари, я, подцепив края сестрами, резко выдергиваю лезвие и отскакиваю, надеясь проскочить назад до того, как волк, осознав мою наглость, пригладит меня своей лапкой. Мне относительно повезло- ледяной коготь только оцарапал мне плечо, так что я, не давая себе передышки, вновь приступил к бою. Удар, разворот, удар...Приседаю, пропуская изогнувшегося в прыжке зверя над головой, и сразу же разворачиваюсь, что бы не оставлять открытой спину друга. С каждым ударом тварей, нам все сложнее отражать и атаковать, наши силы уже на исходе, а зверям словно наплевать на это- в них нет и тени усталости, так свойственной смертным. И я, задыхаясь, практически слепну от заливающих глаза пота и крови, соленые слезы щипят исцарапанные щеки, кожа трескается от нестерпимого мороза, а руки буквально примерзают к оружию... Джайрин, удары ее огромного меча уже не в силах даже исцарапать ледяные наросты на теле Стражей, не в силах изгибаться, уклоняясь от летящих на нее зубов и когтей тварей, теперь надеться только на остатки своей силы- она, морщась от боли, принимает все удары на меч. Брат же, чью изящные иглы были абсолютно бесполезны в бою против тварей Хаоса, подобрал старый меч, валявшийся на полу земляной пещеры, и довольно неуклюже парирует удары. Он, в отличие от девушки, не особо силен физически- каждый выпад когтей огромного животного буквально отбрасывает дроу назад. Так что единственная надежда Илла- это ловкость и скорость. Как, в общем-то, и моя. Я тоже чувствую как скользят подошвы моих сапог по покрытому тонкой наледью полу, когда Страж, бросаясь вперед, напарывается на тепло лезвий двух изящных Леди. Пару раз я даже падал, не в силах сохранить равновесие, и тогда только моя скорость и удачливость помогли мне убраться из-под падающей туши. После этого я старался не вступать в поединки с тварями, уклоняясь от их ударов и мелкими выпадами не давая им приблизиться к нашим. И они, играясь, позволяли мне это.
Сзади послышался стон. Взглянув туда краем глаза, я увидел, что израненный Страж все-таки избавился от вцепившегося в него вампира, ударив последним о стену. И сейчас Рене, прислонившись к стене, стонал, смотря на темно-багровую кровь вытекающую из рваной раны на лбу. Шурай же, оставшись один, еще больше напрягся, стараясь сдержать в ослабленных холодом растениях жизнь и удержать тварь на месте. Из ушей и носа сида, не останавливаясь, текла темно-фиолетовая кровь, а тонкие пальцы тряслись от боли, холода и усталости. Тварь же казалась абсолютно не уставшей, она вырывалась так, как будто не замечала, заливающую правый бок кровь из прокушенного вампиром горла. Конечно это не надолго- вряд ли Рене смог достаточно глубоко вгрызться в толстую кожу твари, что бы доставить ей серьезные проблемы, но все же... Шурай морщился, отступая все дальше и дальше, пока не уперся спиной в стену...А тварь, разорвав путы, полоснула когтистой лапой по ледяной корке застывшей чуть вые головы уставшего мага.
Становилось все тяжелее и тяжелее, мы уже осознали, что вряд ли сможем сделать хоть что-то еще, что бы пробраться сквозь строй тварей. Мы практически сдались...когда вдруг они отступили.
Стражи, снова становясь медленными и неуклюжими, отступали от нас. Они, укладываясь на землю, не замечали наших фигур, наших ударов. Даже покалеченный зверь и то оставил измученных ребят и, что-то недовольно прорычав, заснул рядом с остальной стаей.
Мы, осознав, что у нас передышка, сначала в изнеможении упали на колени, без сил, без эмоций...Я упал на спину и, смотря на окно, в котором стали появляться первые золотисто-розовые лучи рассветного солнца, вспомнил разговор с Мирном, гвардейцем графа...И словно в ответ мне маленькое окошко стала зарастать....
-Бежим! Сейчас закроется вход!- крикнул я, вскакивая с земли. К счастью друзья, не спрашивая ничего, послушались моего голоса и поднялись. Пришедший в себя вампир с помощью Неки подняли лича на ноги, но Кэсс все равно нуждался в помощи, так что Неки, держа его за плечи, помогал двигаться и дальше. Шурай, из последних сил призвав растения, выбежал вперед, указывая нам дорогу в этом лабиринте нор. И мы бежали прочь из этого гнезда, истекающие кровью, усталые и злые...Бежали, обходя туши тварей, сейчас больше похожих на обледеневшие сугробы, бежали, смотря как в коридорах, ведущих на поверхность, по стенам ползет холод и лед, стремясь к гнезду, что бы заключить Стражей в ледяной холод, что бы защитить их. Эти струйки напоминали змей, что, извиваясь, стремяться по стенам прочь...Становилось все теплее и теплее, мы чувствовали, что свобода близка, когда, повернув в очередной коридор, оказались в тупике.
Уставшая Джайрин зло начала возмущаться талантами проводника, но Шурай, толи не желая продолжать спор, толи не силах делать этого, просто стоял и молчал, ожидая когда девушка наговориться. Дождавшись же тишины, он тихо сказал:
-Мы опоздали.
Мы застыли, от усталости не вполне воспринимая информацию, и в непонимании уставились на сида.
Неки же, моментально поняв, что иметься в виду, спросил парня:
-И что же нам делать?
Сид пожал плечами и, усевшись на уже теплую землю, ответил:
-Ждать.
И закрыл глаза.

URL
2013-03-02 в 16:47 

Фури,
Странница,
На рассвете у холмов

Девушка с длинными каштановыми волосами стояла у входа в темную пещеру, держа за руку мальчишку. Она напряженно вглядывалась в темноту, надеясь увидеть зеленоватые отсветы кладбищенских огней, возвещающие, что ее друзья приближаются. Но их не было. И сердце Фури билось все чаще и беспокойнее.
Не мало беспокойства, если говорить честно, доставляли и застывшие позади невозмутимые гвардейцы во главе с непрестанно рассказывающим байки офицером. Как они могли так себя вести, когда семь человек которых они послали вниз, под холм, на крайне опасное задание, все еще не вернулись?! И пусть это были для них абсолютно чужие люди, пусть, - но должно быть хоть какое-то чувство солидарности с теми, кто их остался ждать! Но похоже на это не стоило надеяться.
Из-за леса уже стали просвечивать первые лучи рассветного солнца, а коридор оставался пустым. Тут даже Пати, искренне верящий, что его учителю все по плечу, стал волноваться, так как края прохода стали медленно двигаться, заращивая отверстие, ведущее к гнезду. Фури, в ужасе повернувшись к воинам спросила совершенно потерянным голосом:
-А что делать, если они не успеют?
Мирн, флегматично пожал плечами и, закусив только что сорванную травинку, спокойно ответил:
-Да ничего.
-Как ничего?.. Но они же там, и, возможно, еще живы!
-Девочка, а что ты от нас хочешь?- Мирн, смачно выплюнув травинку, подошел к девушке. Он был намного выше ее, и смотрел на Фури сверху, заставляя ее чувствовать себя совершенно ничтожной.- Что бы я со своими ребятами бросился выручать абсолютно чужих мне существ? Рискуя собственными шкурами? Выот уж нет, девочка! Мы, знаешь ли, не в сказке живем! И я не добрый волшебник или тупой рыцарь!
Он замолчал, насмешливо глядя на испуганную девушку, прижимающую к себе рыжего. И Фури в этот момент больше всего на свете ненавидела этого стража, не имеющего ни малейшего чувства такта.
-Так что мы ждем до рассвета и отправляемся в замок выпить пару кружек вина, что бы разогреться, да завалимся спать. А вечерком проверим выйдут ли твои друзья. И вам кстати, то же советую! Ну а так- хоть всю ночь тут сидите- мне все равно!
И, развернувшись на каблуках форменных сапог, вернулся к своим воинам, а Фури оставалось лишь бессильно сжимать кулачки, так как он в сущности был прав.
А проход становился все меньше и меньше, сжимая края, спасаясь от теплых лучей, а друзей не было видно. И Фури, уже смирившись с тем, что сегодня вряд ли увидит команду, печально смотрела как на склоне холма появляется трава, полностью скрывая место входа в гнездо. Подошедший офицер, все так же весело и непринужденно сказал, обращаясь к ним:
-Не стоит тут ждать- все равно в следующий раз вход откроется не здесь. Лучше вместе с нами отправиться в замок, отдохнуть, и вечером поехать встречать победителей!
Наверное, он хотел подбодрить детей, но Фури, уставшая от масок этого мужчины не хотела их больше видеть, так что, взглянув на Пати, доверчиво прижимающегося к ней, она покачала головой, отказываясь:
-Нет, спасибо конечно, но мы лучше подождем здесь, на природе...
Мирн покосился на нее, скривился, но не стал настаивать. Он даже, подойдя к своему рюкзаку, отдал им флягу с разбавленным вином и кусок окорока, пожелал приятного отдыха, и что самое лучшее- без вопросов отчалил прочь. Правда, как показалось девушке, пара недовольных воинов осталась, что бы наблюдать, но полной уверенности не было, так что Фури не стала заморачиваться. Она, положив продукты в тень и забросав их пахучими травами, что бы не съели лесные звери, легла на склоне и смотрела как светлеет небо, и нежно розовые разводы сменяются призрачной голубизной. Рядом уселся Пати, доставший из-за пояса тонкую флейту, подаренную ему бардом, и начал играть простую, но очень красивую мелодию...
Все было настолько спокойно и прекрасно в этот час, что думать о плохом было невозможно...И Фури не думала- она закрыла усталые глаза и погрузилась в мир светлых снов.

URL
2013-03-02 в 16:47 

Жерар Сэнтиар,
Донжон замка

Только первые лучи солнца проникли в комнату графа, как тот уже встал. Жерар уже давно привык вставать с первыми лучами солнца, с тех пор как полтора года назад графство перешло в его руки. Он, не пользуясь помощью слуг, быстро оделся и умылся, после чего, перекусив свежими пирожками старой поварихи, сразу же отправился в кабинет, работать. Дел у графа было много- льдистые твари, разорявшие поля изрядно ухудшили положение этих земель, так как Сэнтиары славились именно полями пшеницы и овса, именно злаки приносили казне наибольшую прибыль. Теперь же, когда почти все посевы были уничтожены, графство переживало не лучшие времена. Вот и приходилось Жерару вставать с первыми лучами солнца, что бы решать многочисленные проблемы.
Сегодняшнее утро не отличалось от множества подобных- все те же бумаги, документы, доносы, просьбы, проблемы... Сэнтиар даже не вспомнил о том, что отправил очередную компанию в холмы. Об этом ему напомнил ввалившийся в кабинет Мирн, который сказал, что наемники сгинули под холмом.
-Но мы все равно на всякий случай проверим- вдруг просто не успели до рассвета? Окей?
Граф устало кивнул, не отрываясь от документа, и пробормотал нечто одобрительное. Но Мирн не уходил. Он, печально вздохнув, сказал:
-Как ни прискорбно, но, мой лорд, вам придется хотя бы на время оторваться от бумаг- к нам приперся аристократ.
Жерар удивленно приподнял брови:
-Странно...Вроде бы никто не сообщал о своем приезде?
Мирн кивнул и тут же продолжил:
-Угу. Судя по доспехам и оружию- очередной болван, одержимый идеей подвига...
-Только?- уточнил граф, зная, что по такой мелочи гвардеец не будет его беспокоить.
-Только мне не нравиться его взгляд. Это не взгляд рыцаря. Это взгляд убийцы.
-Ты уверен?
-Да.
Жерар задумался. Появление такого персонажа грозило ему и графству неприятностями. Жерар доверял мнению своего офицера, и понимал, что появление в замке убийцы с титулом аристократа может значить одно из двух- первое: он просто проезжает мимо( переводим дыхание и возвращаемся к счетам), второе: он приехал по душу самого графа...Что явно не хорошо. Но все равно отказывать Сэнтиар не мог- когда аристократ приходит в гости к аристократу, то это обязывает первого к гостеприимству...
-Пригласи его,- печально пробормотал Жерар, махнув рукой в сторону двери, и продолжил.- Но не спускай с него глаз.
-Я что, дурак?
Жерар хмыкнул. И стал ждать "визита вежливости".
Гость не заставил себя ждать. Буквально через полчаса в кабинет вошел высокий парень, одетый в поношенные доспехи, аккуратный, с горящим взором...Подойдя к столу графа, он улыбнулся и изыскано поклонился. Жерар ответил тем же, привстав с кресла, и проговорил:
-Я рад приветствовать вас в замке графов Сэнтиар!
Тот улыбнулся и, усевшись в кресло, сбросил маски, превратившись из обычного рыцаря в нечто куда более опасное. Об этом говорил и странно насмешливый прищур глаз, и улыбка, похожая на кривой оскал, и изогнутые брови... "Интересно почему он решил открыться? Все мои предположения рушатся как карточный домик...Он не стал бы скрываться только в том случае, если ему надо что-то от меня. Но что может быть надо от меня элитному убийце Гильдии? И почему он уверен, что я соглашусь?"- думал граф, напряженно вглядываясь в спокойное лицо гостя, которых сидел, скрестив руки на груди и явно ожидая реакции Жерара.
А Сэнтиар не знал как отвечать на столь явный вызов со стороны незнакомого парня. Он только сухо попросил его представиться. Тот, продолжая улыбаться, ответил:
-Ну, я здесь ненадолго...так что зовите меня Призраком.
Немного помолчав, парень продолжил:
-Вы, милый граф, наверное, гадаете, зачем я здесь? Не так ли? А еще в ваших глазах я чувствую вопрос, почему я открылся? Да?
Не дожидаясь кивка, он встал и, обойдя стол, подошел к самому креслу графа и, посмотрев на лицо Жерара, продолжил:
-Все потому что мне нужно ваше содействие,- и снова улыбка.- Вам не встречалась группа из девяти не совсем человек? Два темных эльфа, сид, вампир, некромант и четверо людей? Запоминающаяся компания, не так ли?
Как ни гордился Сэнтиар своей выдержкой, в этот раз он не смог сдержать удивленного вздоха, услышав по чьим следам пришел гильдиец. Тот, удовлетворенно кивнул, возвращаясь в кресло, после чего, сложив руки на груди, стал дожидаться уточнений. Жерар же, придя в себя и осознав, что не его будут убивать, перевел дух и решил, что лучше выложить ему все сразу.
-Да, видел. Я нанял их для уничтожения льдистых, поселившихся в холмах.
-И что дальше?
-Они еще не вернулись. Если не выйдут этой ночью, значит уже не жильцы,- он жестко ухмыльнулся, понимая, что убийца не подарки дарить собрался барду-неудачнику.- Вы подождете до утра во дворце...или?
Гость, слегка подумав, ответил графу:
-Я останусь здесь...А вот для вас и ваших ребят у меня есть предложение.
На стол упал тяжелый мешок, наполненный звоном. Переплетенные веревочки развязались и на темно-красное сукно стола упали золотые монеты. Граф неуверенно протянул руку к нему и, аккуратно зачерпнув монеты, перекатывал их по ладони...Это было невероятно приятно- ощущать его прохладную тяжесть на руках, невероятно завораживающе- смотреть на его матовый блеск.
Графству нужны деньги.
Очень.
-И что от меня потребуется?
-А ты не догадываешься?- ну до чего мерзкой улыбкой расплылось лицо Призрака, когда он посмотрел на Жерара, причудливой кривой изогнув брови.
Но Сэнтиар не купился на этот трюк, все так же невозмутимо наблюдая за незнакомым рыцарем. Тот одобрительно хмыкнул, признавая силу графа, и продолжил по прежнему невозмутимым голосом:
-Мне нужны ваши клинки, что бы прикончить эту шайку-лейку. Понимаешь, граф? Вы вырежете всех, кроме барда и его стража из людей, того, что носит серебряную косу. Их вы передадите мне в связанном виде прямо мне в руки., хорошо? Вообще, если говорить честно, то мне абсолютно наплевать, что будет с остальными- хотите убейте, хотите насилуйте, да хоть отпустите на все четыре стороны! Главное, что бы эти "потеряшки" больше никогда не появлялись на моем пути. Иначе плохо будет не только мне, но и вам!
Все это говорилось тихо, практически шепотом, отчего сердцу становилось все теснее и теснее в груди, а по лбу тек соленый пот. Я понял, что выполню его задание даже если мне придется сосредоточиться только на нем. Забыв и о принципах, и о чести...в конце концов, мы так и выяснили титул барда. Может, он вообще серв!
И большие руки графа сжали мешочек.

URL
2013-03-02 в 16:48 

Кантаре,
Странствующий бард

Я не могу сказать сколько прошло времени с той минуты как мы, усевшись на теплеющую землю в маленьком тупичке, заснули, не в силах оставаться в сознании от усталости, до сегодняшнего момента, когда я, очнувшись от забытья, оглядел нашу компанию. Если говорить честно, то выглядели мы не очень. То есть еще одну трепку от Стражей мы явно не переживем. Израненные тела, по другому вряд ли нас можно было бы назвать...Я, разорвав грязную рубашку на бинты, морщась от боли в изорванных руках, стал их перевязывать. Снова открылась глубокая рана на боку, но, слава любому Богу, которому будет не лень нам помогать, кровь не лилась потоком, как еще пару дней назад, а медленными тягучими темно-багровыми сгустками впитывалась в туго натянутые бинты.
Мне было больно, но боль эта была какая-то странная, словно проникающая сквозь толщу льда, промораживающая раны, успокаивая меня. И я был рад этим странному онемения, только благодаря которому, я все еще не только в сознании, но и могу не плохо соображать, не взирая на тяжелую гулкую боль в затылке.
Рядом чуть слышно застонал Кэсс, опутанный побегами темно-зеленых лиан, вырастающих из скрещенных рук сида. Тот, уже немного отойдя от схватки, наполовину погруженный в благодатную и плодородную почву, с улыбкой смотрел на остальных, проращивая ростки и к их ранам. Тело Шурая, выпуская множество белых корней, словно причудливое растение врастало в стену, даже его волосы и те, покрывшись множеством почек и листьев, как плющ расползались по стене. Чуть дальше, держа мечущегося в лихорадке лича за руку, сидит вампир, чьи глаза полностью налившиеся кровью из-за множества лопнувших капилляров, пристально смотрят на стену, словно считая мелкие песчинки, падающие на пол в сиреневом свете странных светящихся грибов. Над ними, морщась от отвращения к шарящим по его телу листьям, чахнет брат, все время дергаясь, что бы оторвать от своих ран слишком наглые ростки. Но он хотя бы молчал- Джайрин же, которая похоже очнулась раньше всех и первая получила лечение, непрерывно ворчала. Я не могу понять, как можно жаловаться на методы, которые, если не полностью вылечат раны, то хотя бы ускорят заживление. А сейчас, когда вокруг была плодородная земля, способная питать силу Жизни и Природы, сид пытается сделать все по максимуму, в том числе и практически полностью обезболить. Что, понятно, немаловажно, учитывая, что вряд ли мы сможем уйти отсюда подобру-поздорову, скорее всего придется прорываться с боем. А она, постоянно причитая, что ей не нравиться, когда по ней что-то ползает, ныла и ныла...Если бы Шурай не был таким флегматичным да не был полностью расслабленным после поглощения силы, то он вряд ли смог удержаться от дозы снотворного...Зато Неки, очень усталый и раздраженный, не сдержался и крайне нецензурно выразился, в подробностях объяснив куда она может засунуть свои комментарии и как туда добраться...Он к растениям отнесся вообще спокойнее всех- лечат, вот и ладно.
Наконец-то Шурай перешел и ко мне, стало очень щекотно и слегка неприятно, когда тонкие корешки, свисавшие с лианы, проникли в рану и, постепенно очищая ее от грязи, стали стягивать края в неком подобии шва. Полностью сосредоточившись на этом странном ощущении, я похоже ненадолго выпал из реальности, так как разговор пришедшего в себя сида и Неки явно не только что начался:
-А вот еще вопрос, Лиан,- человек, неуклюже расположившись у стены, так что бы не тревожить свежее ранение, явно сгорал от любопытства.- Если ты так круто можешь лечить, то почему не смог полностью убрать раны? Это невозможно? Или что?
Шурая пошевелился, стряхивая последние комки земли с порванного халата, и ответил:
-Или. Теоретически, я вполне могу не только полностью вылечить, но и даже воскресить живое существо. Только вот для этого нужны некие особые условия, например, не просто плодородная почва, а почва пропитанная магией. То есть лес вокруг Источника, ручьи вытекающие оттуда и так далее. Здесь этого абсолютно не наблюдается, так что мои возможности крайне ограничены. Ну а воскрешать я вообще могу только в родной роще...
-Оазисе?- уточнила наемница, высунувшись из-за плеча Некатора.
-С чего вы взяли, госпожа?
Шурай явно выглядел удивленным, так что Джайрин немного покраснела, но, собравшись с духом, все-таки объяснила свои логическую цепочку:
-Ну ты же с отцом жил у нас...А там только оазисы из зелени и есть...- конец фразы она
Произнесла практически шепотом. У улыбнулся- сейчас, покрасневшая и смущенная, воительница впервые стала похожа на женщину, причем, красивую женщину. Только вот, к несчастью, это бывает невероятно редко...
-То, что мы жили в вашей стране, не значит, что это наша родина,- он улыбнулся девушке нежно и ласково.- К твоему сведению, рощи сидов могут быть только посреди Живого Леса и нигде больше. Так что на воскрешение не рассчитывайте...
-Даже если мы попремся в Живой Лес?
Нет, вампир все же слишком любопытен...Хотя, возможно, он просто не видит, что сид не хочет говорить об этом. Мы шикнули на него, но он ничего не понял...
-Да.
Я не ожидал ответа, так что даже вздрогнул, услышав его невозмутимый голос. Холодный и безразличный. Слава Богу, что никто не стал дальше расспрашивать расстроенного сида, у которого даже ростки пожелтели и съежились. Разговор продолжался, мы говорили о многом- о историях, что происходило с нами в прошлом, травили анекдоты и рассказывали байки...Единственное о чем не было сказано сейчас- это только то, что мы здесь делаем и что нас ждет. В эти часы мы даже начали смеяться, забыв о всех неприятностях. У Шурая даже цветочки появились...Забавно!
Часа через два проснулся Кэсс, вполне себе здоровый...ну, для мертвого. Смахнув с тела ростки, листики и цветочки, он сразу включился в разговор, стал ехидничать, словно ничего не было, словно мы просто сидим в таверне и пьем нагретое вино. Он вообще стал намного радостнее, когда Лед и Холод ушли вглубь холма, и его мертвая кровь потекла по венам, нагревая холодное тело.
Шли часы, мы разговаривали и улыбались, пока внезапно не почувствовали холод, который потянулся из холма. Разговоры как отрезало. Мы снова ощутили, что вовсе не в безопасности, напротив, мы на границе жизни и смерти, причем намного ближе к последней. И мы, решив не искушать судьбу, в надежде, что найдем выход до того, как Стражи проснуться. Судя по прохладе и тонким струйкам инея, ползущего по стенам, солнце уже садилось. И вот-вот, где-то в холме должен был открыться проход наверх. Вот только где? Не известно...
Нет, если что идет не так, то тогда уж все- когда-то бывшее лабиринтом подземелье изменилось за то время, что мы просидели в тупичке, так что теперь у нас был только один путь, и путь этот вел в гнездо. Невезучие мы, да? Но просто сидеть и ждать- не наш выбор, так что наша компания, переглянувшись, пошла вперед. На первый взгляд это казалось самоубийством- соваться в пасть голодному льву и то безопаснее. Но мы надеялись на чудо, ибо больше не на что надеяться...Илл, которого довольно ощутимо потряхивало, тихо и крайне неуверенно спросил:
-А может они спят?
И протяжный звериный вой был ему ответом.

Фури,
Странница

Они проснулась уже вечером, когда солнце светило не сверху, с неба, а через ажурные кроны, играя на рыжих волосах мальчишки, спящего под боком у девушки. А на краю полянки уже сидели гвардейцы, готовя на костре мясо недавно освежеванного оленя. Запах был просто класс! Голодная девушка настолько явно уставилась на истекающее соком мясо, что Мирну ничего не оставалось, кроме как протянуть ей ветку с парой прожаренных кусков. И Фури улыбнулась, снимая куски на пару сорванных листьев. Один она тут же съела, а второй оставила для мальчишки, который уже начал просыпаться. Пати так смешно морщился, когда лучики попадали на его веки и щекотали щеки. Он вообще был похож на маленького тощего котенка, который, свернувшись клубочком, потягивался после дневной дремы...Прелесть да и только!
Солнце опускалось все ниже и ниже, так что гвардейцы предложили Фури и Пати прогуляться с ними вокруг холма, что бы найти будущий вход. Дети естественно согласились.
Сейчас, когда Фури приходилось просто ждать, она чувствовала себя на редкость неуверенно. Она была человеком действия и такое пассивное ожидание было совсем не в ее стиле- обычно, как только на горизонте показывался хотя бы призрак очередного приключения, она всегда неслась вперед, что бы оказаться в гуще событий. И сейчас, когда она не только не участвовала в их делах, но даже не могла знать, что происходит с ними, живы ли они вообще...хотя о последнем бывшая воровка старалась не думать, она чувствовала себя лишней и жалкой. Судя по всему, ученик барда, ставший ей кем-то вроде младшего брата, чувствовал нечто подобное, вот только в отличие от избалованной вниманием за последние несколько лет девушки, он не знал какого это- когда о тебе заботятся, так что потеря связи с драконом ввела его в прежнее апатичное состояние. Лишь изредка девушке удавалось вернуть того любопытного паренька, к которому все привыкли за несколько дней...

URL
2013-03-02 в 16:48 

Мирн, все так же шутил, улыбался, но теперь для волнующейся девушки его улыбка была противна и наиграна. И еще в его глазах было что-то очень страшное и жестокое, как будто он уже разделывает ее как того оленя. И Фури это очень не нравилось. Как не нравилось и то, что когда они нашли заледенелый круг на пожелтевшей траве, их окружили плотным кольцом. Обернувшись на все так же радостно улыбающегося офицера, девушка спросила:
-Что происходит, офицер? Почему вы?..
-Приказ. Приказ графа.
-Что мы такого сделали? Мой учитель жизнью рискует, что бы вам помочь, а вы...- Пати был слегка нетерпелив, и очень недогадливым...Хотя и Фури не была уверена в том, что права, и графу не хочется платить им, возможно здесь что-то другое.
-А я не знаю!- легкомысленно заявил Мирн, чем поставил Фури в тупик.- Это не наши с графом проблемы, за что на вас взъелась Гильдия. Нас попросту наняли, что бы из вашей шайки выжили только двое- бард и Некатор...Хотя знаешь,- он наклонился к уху замершей в ужасе девушке, и прошептал.- Я бы на их месте завидовал вам- попасть живым в руки парня у которого на лице написана большая "любовь" к ним, и большой опыт в "развлечениях"...мда, ужас!
Фури, в ужасе глядя как последние лучи солнца исчезают за горизонтом, а лед, застывший на холме, осыпаться на землю, открывая коридор, стояла в центре круга, сжимая в ладонях пальцы мальчишка, не в силах даже смахивать слезы непрестанно текущие из глаз. Она уже видела как друзья, уставшие, израненные, возвращаются сюда, а их встречают мечи и копья охранников...Противно. Она была растеряна, но все-таки ее не зря называли умнейшей из воровок ее родного города. И самой храброй. И в этот миг девушке по имени Фури было абсолютно наплевать на то, что будет с ней, сейчас ее волновало лишь то, что случится с ее семьей, внезапно пополнившейся семью душами...И она, резко бросившись назад, оттолкнула от себя Пати, крикнув:
-Беги!
И он побежал. Только вот гвардейцы были куда умнее всех встреченных ранее Фури и Пати стражников, так что они не только не разомкнули строй, они, почувствовав опасность, сомкнулись плотнее, так что у мальчишки остался лишь один путь- под холм, в самое гнездо. И он не испугался, и прежде чем воины сообразили, рванулся туда, что бы даже ценой собственной жизни предупредить своего учителя...А Мирну с его ребятами оставалось лишь в ярости смотреть на исчезающую фигурку мальчишки и скрипеть зубами от злости. И на его надутом лице не было ни тени этой противной улыбки, зато Фури широко улыбалась, глядя прямо в злые глаза воина.
Тот, схватив ее за длинные волосы, жестоко дернул, притягивая ее к себе, и прошипел:
-Ты об этом пожалеешь, тварь!
Но она, все так же улыбалась, ответила, без злости, без ненависти:
-Нет, офицер, не пожалею.

Кантаре,
Странствующий бард

Вой, не такой же сильный как вчера, более спокойный и ленивый, не прекращался ни на минуту с тех пор, как зашло солнце. И это отнюдь не радостно.
Я, уже перестав вздрагивать, когда раздавался очередной рык, шел в середине цепочки. Впереди, на пару шагов перед группой скользил брат, лучше всех видящий в темноте, чуть-чуть дальше- вампир. А дальше уже все остальные- я, Джайрин, Шурай, прикрывающие замерзшего Кэсса. В этот раз ему было значительно лучше- помогло и то, что сид наполнил его теплом и силой, и то, что его до сих пор оплетали листья лиан. Он довольно быстро перемещался, не напрягаясь и не хромая, в этот раз он совсем не напоминал сломанную куклу, правда, он так и не сможет помочь им магически, но теперь хотя бы его меч сможет дать им всем хотя бы пару секунд. Возможно, это ничего и не изменит...но пока есть хотя бы малюсенький шанс, что эти две секунда спасут им жизнь, они им воспользуются.
Наконец, когда вой стал настолько громким, что казалось, что он раздается прямо над ухом, впереди показался светящийся круг, за которым, можно не сомневаться, находилось присно памятное гнездо. Мы, совсем замедлившись, подошли к самому выходу. И действительно, там, за ходом находился ледяной зал по которому лениво слонялись Стражи. Они были необыкновенно грациозны и величественны, наблюдать за такими прекрасными животными было необыкновенно приятно, особенно когда ты находишься от них подальше. Так как мы сейчас, вот только нам рано или поздно придется спуститься вниз, что бы попробовать на крепость их когти, клыки и магию, магию, победить которую у нас нет шансов. И мы стояли, никак не решаясь сделать первый шаг. Это было похоже на то ощущение, которое бывает перед прыжком в омут горной реки- и страшно, и больно, и как-то до странного радостно...Почему-то, это было явно не нормально, мне хотелось повторения вчерашнего сражения. Мне хотелось вновь почувствовать свою жизнь, почувствовать свою власть и свою слабость. Осознать, что значит прикрывать кого-то и знать, что и твоя спина в безопасности. Да, это было именно то, что так хотелось мне в этот миг, и я понимал, что за это мне было совсем не страшно умирать. За себя и за своих друзей.

URL
2013-03-02 в 16:49 

Оглядев остальных, я понял, что и в их головах бродят подобные мысли. Что и им уже не терпеться спуститься и поставить все на карту... Еще минута и мы, полностью готовые ко всему, спустились бы вниз, но для нас приготовили совсем иное. Внезапно за спиной раздался вой, и из стены белым ветром вырвался Страж, злобно скаля огромные клыки. И он, медленно наступая на нас, выгонял в освещенный лунным светом зал. А там уже поджидали остальные- злые и голодные. И только взглянув на оскаленные морды, мы поняли, что в этот раз с нами не будут играть, нас ждет настоящая бойня. И мы приготовились подороже продать каждый фунт своего мяса. Нам это не стоило многого времени, так что когда они бросились на нас, мы были готовы, что дало нам ровно минуту. Ровно минуту мы сдерживали пятнадцать тварей, мечтающих добраться до наших внутренностей...Только минуту. Минуту, за которую мы лишились вампира, отброшенного тварью на другой конец зала, где он и осел, как мешок с картошкой, и брата, чьи Аксус"Фускус, не причинив никакого вреда Стражем, были разорваны, а сам эльф, получив огромную рваную рану на животе, со стоном упал на плиты. Дальше- хуже.
В этот раз звери не были медлительными, напротив, мелькая как молнии, они просто исчезали, что мы, не замечая их ударов, просто разлетались в стороны. А Стражи, словно котята игрались с нами, швыряя из стороны в сторону, не убивая, давая ощутить свою беспомощность...Меньше всего, надо сказать, доставалось личу- видимо не интересовались волки несвежей мертвечиной. Мы, все еще пытаясь сопротивляться, вскидывали клики и творили заклинания...но все было бесполезно. Леди лишь немного поцарапали шкуру Стража, и лишь пару царапин, истекающих кровью, осталось на четырех тварях от терновника, выращенного сидом. Джайрин и Неки вообще не добились результатов, если, конечно, не считать двух сломанных ножей и покореженного двуручника. Единственным хорошим в такой ситуации было то, что нас все еще не убили, что давало нам шансы выжить. И я, переглянувшись с Джайрин, кинулся вперед, прикрываемый наемницей, что, несмотря на свою усталость и скорость противника. Исправно защищала меня, принимая удары зверей на меч и собственные руки. Хорошо, что сок тех странных лиан, что лечили нас этим утром, не только лишил нас ощущения боли, но и способствовал быстрому прекращению кровотечений, иначе бы Джайрин просто напросто умерла, потеряв слишком много крови. Я же, уверенные, что ни одна тварь не сможет напасть неожиданно. Рванулся в самую толпу. Там, резко развернувшись на пятке, присев, а потом резко подпрыгнув, одновременно запуская в полет полумесяц, я попадаю им по носу одной из тварей. Та, заорав от неожиданной боли, отпрянула, и я, обрадованный открытием кричу. Стараясь заглушить звуки схватки и рык зверей:
-Бейте...в...нос!..
И меня услышали. Неки, причудливо изогнувшись назад, пропускает над своим телом тушу прыгнувшего Стража и тут же, разогнувшись как пружина, прыгает на загривок зверя, вонзая два ножа в ноздри. Страж, взвыв, старается сбросить наездника, но человек слишком хорошо держится, что бы его можно было так просто сбросить. Тогда зверюга лишь на миг оборачивается снежным облаком, но и этого мига достаточно, что бы Неки упал на каменистый пол, а Страж прижал его лапой к земле.
Джайрин, спеша помочь попавшему в беду парню, проскальзывает между лап Стражей, словно в неком причудливом танце...И, оттолкнувшись от бока замешкавшегося, ударяет плашмя по истекающему кровью носу твари, нависающей над Неки. Та, отскочив и смешно плюхнувшись на хвост, заорала от обиды и злости. На помощь ей поспешили еще трое. Теперь ребятам, даже с учетом, что им начали помогать некромант, который, как оказалось, неплохой мечник и очнувшийся вампир, отрастивший себе такие когти, что некоторые клинки обзавидуються...
Я практически не успевал оценивать обстановку. Все завертелось в безумном хороводе- кровь, боль, страх, удовольствие, крики, предвкушение, удары, холод, радость, желание, смерть, удары...Я изгибаюсь и бегу, лишь изредка нанося удары по зверям, преследующим меня. Рядом танцует брат, заменив иглы на подобранный вчера клинок и весьма неплохо зля тварей. На большее нам не приходилось рассчитывать- все наши атаки были для Стражей не страшнее комариного укуса- неприятно да и только...Мы, постоянно двигаясь между волками, наносили множество мелких ударов, а стоящий чуть в отдалении Шурай направлял туда ростки Жизни, которые старались разорвать рану. Даже если это и не получалось, то все равно была польза- тварь все-таки была живой и семена Жизни не давали ей обращаться вьюгой. А это повышало их шансы. И только в моей душе начала зарождаться тень надежды, как все снова пошло не так. Разозленные Стражи в очередной раз взвинтили скорость, и мы стали совершенно беспомощны.
Теперь они не ждали. Теперь твари стремились нас только убить.
Я видел как когти вспарывает живот вампира, как в горло сида вцепляются клыки, как Стражи словно кукол швыряют моих друзей, ударяя их о стены и потолок...Я все это видел и впервые мне было противно, что я это вижу, что я вижу боль смерть, что я вижу кровь, что я чувствую страх. Даже мой "дракон" и тот был в ярости, видя алые потеки на стенах и полу, видя этот ужас и не в силах этого изменить, потому что я сам придавлен к полу огромной тушей. Равнодушные темно-синие глаза зверя смотрят на меня так, как на я смотрел бы на кусок хорошо прожаренного мяса. Мррр...Хочу мяса! О, ,Господи, о чем я думаю! Меня сейчас съедят, а я думаю о всякой чуши! Надо выбираться...Но лапы держат меня надежнее любых кандалов, и мне приходиться смотреть как медленно опускается голова зверя, как с острых клыков капает слюна, как голодом горят глаза. Это было страшно, но мне не хотелось умереть спрятавшись от всего, закрывшись от всего, нет, это не по мне. И я смотрю, не отрываясь, как Страж впивается в мой живот. Отвратительно. Отвратительно и больно, ужасно, непереносимо больно. От такой боли не помогает ничто- ни сила воли, ни растения Шурая, который последним из нашей компании еще может е только стоять, но и сражаться. Боль, наполняя все мое существо, уносит меня все дальше и дальше. И я забываюсь в странном темном мире, где тепло и нет никого, так что я уже не вижу, как Страж начинает пожирать мою плоть. Мне все равно. Я во Тьме.
Как спокойно.
Тьма.

URL
2013-03-02 в 16:49 

Кэссер,
Странствующий некромант

Кэссер, медленно сползая по стене, смотрел на друзей, что лежали на полу, придавленные Стражами, что явно недвусмысленно облизываются. Ему повезло, что мертвая плоть не привлекает тварей, и он, сидя в стороне от бойни, наблюдает за Стражами, что пожирают плоть его друзей. И мертвое сердце лича разрывается от боли. Он пытается помочь, пытается подняться...но все бесполезно- его тело вновь связал холод и лед, так как сид, обессилив, упал на колени, а из носа его текла кровь. Холод сковывает его, и он в бессилье скрипит зубами, когда зверь, наклонившись над Рене, вонзает в его плоть зубы.
-Неет!- хрипит он, пытаясь вырваться из плена. Но у него нет сил. Если только...да, выбора больше нет.
И он внезапно успокаивается, а на порочно-красных губах, покрытых инеем, снова играет улыбка. Толька в этой улыбке нет ни задора, ни радости, нет даже насмешки- только холод и решимость, только они...И губы, медленно двигаясь, выталкивают наружу странные слова древнего, забытого, мертвого языка...Он зовет Ее.
И она приходит.
Все замирает в зале. Замирают истерзанные тела друзей, замирают Стржи, замирают тысячи снежинок, кружащиеся в воздухе, казалось, замирает сам воздух...Только лич продолжал двигаться и чувствовать, ожидая свою Гостью. И она не заставляет себя ждать, появляясь легким сиянием невдалеке от мужчины. Она, медленно ступая по распростертым телам, невесомо, изящно, приближалась к некроманту, с каждым шагом становясь все материальнее и материальнее, словно проявляясь сквозь матово святящийся туман. И вот через пару шагов, перед Кэссом уже стояла красивая девушка. Его Госпожа, прекрасноокая Муэрта.
Говорят, что каждый видит ее по своему, и лишь мертвый способен узнать ее истинный лик. Кэсс надеялся, что это так- ему нравилось думать, что Она такая- светлая, русоволосая с необычайно красивыми темными, практически черными глазами, в которых то и дело посверкивают зеленые искры....Ему нравились ее теплые, как странно!, руки, и красивая, добрая улыбка на круглом, немного полноватом лице. И именно поэтому Кэссу так нравилось встречать ее, что бы поговорить с ней или просто полежать рядом, положив голову на колени. Вот только сейчас не было ни времени, ни желания, сегодня на грани жизни и смерти были его друзья, и он не мог позволить себе расслабиться, не мог позволить увести себя в мир неспешных разговоров, заглядевшись на девушку, не мог, так что он встретил твердо Ее взгляд. Сегодня он позвал ее как Контрактора. И она, понимая это, не улыбается, ее полные губы невозмутимо сложены, а в глазах не пляшут смешинки- сейчас они похожи на бездонные омуты, наполненные тьмой и милосердием. Те, кто говорят, что Смерть жестока, ничего не знают о ней. Она приносит покой и мир, лишает боли и страха, она - это самое милосердное сознание в этом мире...Но Она умеет быть жестокой.
Кэсс смотрит на нее молча, Она поймет и без слов, поймет, что он просит, что ему нужно...Но вот сама Муэрта я явно хочет разговора, потому что она опускается на землю рядом с личем и, глядя ему прямо в глаза, произносит:
-Ты понимаешь, что просишь?
-Понимаю.
-Это будет второй раз, когда ты призвал Контракт. Не так ли? Ты уверен, что готов отдать это желание? Если так, то у тебя останется последний Призыв Контракта.
-Я готов, моя Госпожа. Это мое решение.
-Что ж, да будет так.
И Кэсс начал вспоминать, как впервые увидел Ее, как заключил Контракт, как впервые призвал Ее на помощь...Вспомнил ту силу и мощь, что он получил из ее рук, и тут же ощутил как снова по венам разливается жар. Этот жар прогонял лед, что острыми, причиняющими боль осколками пульсировал в сердце, растекаясь по телу, парализуя его. Он, улыбаясь, смотрел как мир вокруг стал раскрашиваться тысячами красок, возвращая его к подобию жизни, возвращая ему зрение...На миг перед тем, как все ожило, он замер, пораженный красотой мира. Насколько это непохоже- знать и видеть, знать, что что-то существует и видеть это своими глазами...Мир, даже окрашенный жуткими цветами смерти и боли, все равно был необычайно прекрасным. Но времени не было. Контракт действовал лишь десять минут, лишь десять минут он будет обладать силой Муэты. Но в эти десять минут он будет практически всемогущ- возможно, этих сил хватит на то, что бы расправиться даже со Стражами...
И он, не оглядываясь на девушку, сидящую на земле, скользнул вперед.
Сейчас, наверное, никто не смог бы узнать Кэссера- одетый в туманный плащ, с длинными черными волосами, перевитыми серебристыми лентами, с лицом, на котором, даже скрытом тенью капюшона, все равно сияли аметистовые огни глаз...он был похож на тень, а не на живого человека. В его тонких костлявых ладонях, так непохожих на большие ладони Кэсса-лича, блестела прозрачная коса, изукрашенная серебряными узорами. Он был прекрасен завораживающей красотой смерти и небытия. Наверное, многие бы испытали отвращение, глядя на эту живую смерть, что неэмоционально и бесстрастно вершащую свой приговор...
Он скользил мимо застывших тварей, двигаясь намного быстее любого Стража, он смеялся, глядя на их попытки отановить безумного Контрактора, он наслаждался этой властью, впрочем, не забывая и о том, зачем он потратил Контракт. Стражи живые, а значит смерть имеет власть и над ними. Нет, они не умирали от одгного его слова, нет, все-таки Кэсс был лишь подделкою, а не настоящей Смертью, но все равно, даже те крохи, что достались ему по Контракту были огромны для смертного. Прозрачная молния косы делала то, что было невозможно для любого оружия смертных- она рассекала шкуру и плоть тварей, оставляя страшные, незаживающие раны. Стражи в ненависти кидались на Кэсса, пытались убить его, пытались сбежать...но все было бесполезно. Некромант неизменно настигал тварь, что бы парой ударов уничтожить создание Хаоса.
Но все не вечно, а срок Контракта тем более- десять минут не много для сражения с Высшими Тварями, и когда они закончились, на земле лежали только семь тварей, остальные, заметив. Что противник, лишаясь силы, опускается на землю, воспаряли духом. И некромант, снова погружаясь в привычную тьму, в изнеможении протянул руки к невозмутимой Госпоже и простонал просьбу:
-Пожалуйста, Муэрта, пожалуйста! Еще десять минут...Еще один Контракт...
-Нет,- ее голос, необычайно теплый и ласковый для таких жестоких слов, успокаивал истерзанное болью сердце лича,- нет, мой некромант, нет...Я, конечно, могла бы приблизить тот сладостный миг, когда ты окажешься в моих руках, но это было бы обманом, а я не люблю обманывать. Нет, тебе не надо призывать последний Контракт. Ты, несчастный мальчишка, все время забываешь, что ты не один, и что не только у тебя есть секреты...
И Муэрта указала вперед, туда, где изогнувшись на камнях, сломанной куклой лежал бард.
-Но он же,- начал Кэсс, еле сдерживаясь от слез,- он же...
И замолчал. Кантаре, словно не замечая страшной раны на животе, там, куда вонзил свои клыки Страж, поднимался с земли. Это было невероятно. Но рана на глазах изумленного Черного Целителя зарастала странной темно-синей материей, туманом...Это было просто невозможно! Но на этом сюрпризы не закончились. Кэсс, и раньше подозревавший, что за личиной повесы скрывается, что-то большее, смотрел как его друг, словно объятый черным пламенем, шагнул вперед, а ему навстречу неслась рыжеволосая фигурка. Пати, что он тут делает?
Мальчишка, не замечая тварей. Несся к учителю, что-то крича, стараясь о чем-то предупредить...Но бард его не слушал. И когда мальчишка подбежал к нему и, сжав в руках его ладонь, стал что-то говорить, Кантаре просто отодвинул его в сторону, не слушая, не замечая...Он шагнул вперед, туда, где собрались в стаю Стражи.
И запел.

URL
2013-03-02 в 16:50 

Кантаре,
Бард и жрец

Когда Тьма накрыла мое сознание, я, несмотря ни на что, продолжал оставаться в сознании. Мне виделось нечто очень странное, нечто, не вписывающееся ни в какие рамки окружающего мира. Странные виденья не тревожили усталый разум певца до тех пор пока по искаженному коридору, наполненному тысячами тварей, не прошел его знакомый- белый Герцог Тьмы, ступая в сиянье серебряных отсветов луны. Он, брезгливо морщась, отбрасывал носком сапога мелких тварей, пытающихся забраться на его фигуру...Это было невероятно забавно. Так что я искренне смеялся, неприлично показывая пальцем на высокородного гостя.
Тот, похоже, не обращал на меня никакого внимания, так что я прекратил. Это, оказалось, не так уж и весело- смеяться над кем-то, кто игнорирует все твои потуги. Так что я решил подождать, пока гость, усевшись в возникшее не по моей воле кресло, задумался. Герцог рассматривал меня как некое редкое животное, которое, несмотря на свой отвратительный характер, за который его хочется убить, единственное в своем роде и лишаться его чревато...Мне не нравилось такое отношение, но сделать я ничего не мог( и вообще это мой сон! ), так что продолжил ждать. И мне не пришлось делать это долго- буквально через минуту Лунный Свет заговорил:
-И почему ты сейчас умираешь?
Это было сказано настолько спокойно и укоризненно, что на секунду мне стало стыдно, что я такой плохой мальчик, умираю тут...Но лишь на секунду. Потом я вспомнил, кто собственно меня сюда послал, и разозлился:
-И это у меня спрашиваешь ты?! Ты, который буквально заставил меня лезть в эту нору! Конечно, я умираю! Я смертен в отличие от тебя! Я не могу убить тварь! Не могу! А значит- я умираю!
Я кричал, выплескивая весь страх, всю злость, всю обиду на молчаливого собеседника, который насмешливо смотрел на мою истерику, разве что орешки не щелкал! Сволочь! Махнув рукой на бессовестного Герцога, я уже собирался пойти куда-нибудь успокоиться- в этом фантастическом мире, я был уверен, что можно найти все, что нужно, когда из уст белого демона раздались слова:
-Во-первых, с чего ты взял, что ты смертен? Ты проверял? Нет? Ну как я и думал...Хотя проверять не советую! Мало ли...А во-вторых, уж поверь мне, ты вполне можешь справиться со всеми этими тварями, стоит лишь постараться чуть-чуть. А ты сдался, даже не попытавшись переломить ситуацию. Вот именно поэтому, а не из-за неравных сил, ты и лежишь сейчас полутрупом.
-А ты типа должен читать нотации всем, кто умер, да?
Снова удивленный взмах.
-А с чего ты взял, что ты умер, мои маленький бард?
Я недоуменно уставился на него. Он только что сказал..?
-Да-да, не удивляйся- ты себе вполне живой, бард и жрец моего Господина. Жреца Темного Демиурга не так легко убить...Господин защищает свое дитя, дарует ему силу Тьмы, Хаоса и Разрушения, прося в ответ лишь верной службы его трону...
-Эй, Герцог! Я никакой не жрец, и не собираюсь им становиться, слышишь? Меня хоть кто-нибудь спросил, хочу ли я этого, хочу ли я служить тьме? Не спрашивали! Вот я и не собираюсь этого делать! Не нужна мне эта сила!
-Не нужна? Ты уверен?
И он разогнал мою спасительную темноту, покрытую моими сновидениями, обнажая зал бойни. Там, в лужах собственной крови лежали его друзья, сражаясь за жизнь в объятьях тварей, там, тратя последние силы, танцевал некромант, там все было наполнено смрадом умирания, стонами боли и запахами отчаяния. И это все было настолько отвратительно, что меня едва не вырвало от отвращения. Я хотел закрыь глаза, отвернуться, сбежать, но Свет не дал мне этого, крепко зажав запястья в своих когтистой лапе, другой подняв мне подбородок, заставляя вглядываться в открытые раны, кровь, внутренности и искаженные болью лица, словно впечатывая образы в мозг.
-Тебе все еще не нужна сила? Тебе безразлична их судьба, бард,- последнее слово прозвучало как жестокая насмешка,- Безразлична? Или,- тут, понизив голос буквально до шепота, спросил меня Герцог, наклоняясь к самому уху.- Тебе нравиться? Может я не понимаю, что тут происходит, может, ты хочешь исполнить мечту детства и узнать, что внутри у них. Хочешь насладиться их смертью, их страхом, их ненавистью? Так как, бард?
К горлу снова подступила тошнота, а сердце сжалось от необыкновенно болезненного укола...Нет, мне не хотелось делать это, мне не хотелось продолжать слышать их стоны, чувствовать их запах, запах смерти, впервые, мне не хотелось, что бы они умирали, мне хотелось, что бы друзья улыбались, но сил больше не было. Да и, если говорить честно, не было никогда. И я прошептал, отвечая:
-Нужна...
-Что, я плохо слышу?
-Нужна.
-Громче!
-Нужна!
-Вот теперь я верю. Присягни Господину, поклянись посвящать всю кровь ему, поклянись, сто силы тьмы...
-Нет, нет, я не могу! Я не хочу быть жрецом, не хочу, что бы меня ненавидели...
Я был так жалок в этот миг, когда теребя в руках полу туники. Пытался отвязаться от ответственности, убежать от страхов, получить что-то не отдавая ничего... Видно и Первй Герцог это понял, так как махнул рукой и приказал мне убираться.
-Ты можешь пытаться обмануть себя, отмахиваясь от самой своей сути, но рано или поздно ты осознаешь, что это бесполезно. Ты можешь отрицать то, что ты Жрец Господина, можешь...Только вот кто тебе поверит? Никто! Многие, лишь взглянув на тебя, смогут сказать, что ты жрец, слишком многие, что бы ты мог где-нибудь спрятаться! Скоро весь мир пойдет против тебя, практически каждый встречный будет врагом...Вот тогда ты и поймешь, что только сила, скрытая в твоем сердце, только помощь моего Господина сможет спасти ваши жизни. Мяы не торопимся, нет, мы можем подождать, когда ты обожжешься!
А теперь иди! Иди сражайся, спасая себя и других, достав тьму з сердца, а вдохновения из души! Помни, что луна покровительствует поэтам, а полнолуние даруют особую силу! Пойми это, и пой для меня и моей сестры!
И мир закружился, стирая настоящее и придуманное, вновь погружая меня во тьму.
А потом вернулась боль.
Она была невыносимой, буквально пронзающей все мое существо. Я не мог даже пошевелиться, казалось, что мое Телов неком пространстве, где нет ничего кроме нее и тьмы. И мне не хотелось там задерживаться, совсем не хотелось...Я вспомнил, как Герцог говорил о "тьме в сердце", и решил попробовать ее найти... Сначала я подумал, что там ничего нет, что та тень, что почудилась мне лишь игры моего больного разума, но потом, потом я "проснулся"...
Сначала ушла боль. Стало необыкновенно хорошо и радостно, как будто какой-то праздник наступил раньше положенного, странное чувство для умирающего, да? И я понял, что я меняюсь...Мой "дракон" просыпался.
Обычно я не давал ему воли, сковывая множеством пут, не пуская его во внешний мир, но сегодня та странная легкость не давала мне сосредоточиться, и он заполнил меня. Он смотрел сквозь мои глаза, его когти росли из моих пальцев, что уже сжимали рукояти сестер...Я даже не помнил, когда встал с пола и, окутанный темным пламенем, двинулся вперед. Странное спокойствие и уверенность охватили меня. Ощущение собственной силы, власти, еще никогда не было настолько сильным, как сегодня...И я шел, шел, что бы убивать и защищать, именно в таком порядке приоритетов, приоритетов меня-"дракона", возможно, настоящего меня.
Невозмутимо отбросив мальчишку, что неизвестно каким образом попал в холм, я продолжил свой путь, лишь замечая, что рана закрылась холодной плотью, а сам я окутан темным пламенем, в сполохах которого горят и осыпаются пеплом камни и песок...Тонкие лучи луны приветственно блеснули, словно приглашая на танец, и я, вспомнив совет Герцога, начал петь, играя на них клинками сестер:
-Опускайте глаза, что б не видеть мой взгляд,
Уходите в толпу, что б не слышать струны,
Я иду по костям, и я сам уж не рад,
Что под пальцами острые нити луны.
Мой голос эхом раздавался по множеству пещер и коридоров, что окружали зал, от его звучанья твари попытались сбежать, чувствуя силу, способную их уничтожить, но бежать было некуда- проходы были завалены землей и камнями, упавшими от раскатов голоса. И я, не прекращая песни, стремлюсь вперед, где собравшись в стаю, меня ждали испуганные и злые Стражи, готовясь дать достойный отпор.
-Они в кровь разрывают горячую плоть,
И багровые капли шипят на камнях,
Из-под сомкнутых век хочет вырваться прочь,
То безумье, что спит на кривых зеркалах...
Да, Это сладкое слово- безумье...Сейчас лишь оно владеет моим сознаньем, искажая окружающий мир, не давая мне ни секунды на раздумья и сомнения. Все так просто и так сложно...Тьма, свет, жизнь, смерть и прочие избитые определения не были важны в моем танце, важна была лишь красота. Красота багряной капли, что на миг застыв на кончике клинка, срывается вниз, испаряясь с горячих от моего пламени камней...Красота алой трещины, что появляется на белоснежной шерсти от любого моего удара...Красота их стонов, что подобием музыки сопровождает мою песню...Красота белых тел, объятых черным пламеням, слетевшим с меня...Красота.
Я скольжу в танце между лучей ночного светила, я пою только для него.
-Я под стоны и крики танцую с луной,
Слыша в них лишь подобье старинных баллад,
Звон клинков, запах крови, и шепот: "Ты- мой!",
"Может так, но сегодня и ты лишь моя!".
Мой танец не идеален, в нем нету партнерши...И словно все в этом мире подчиняется моим желаниям, она появляется. Точнее они.
Две серебристые тени, соскользнув с клинков, начинают кружиться вместе со мной в безумной пляске смерти. Я уворачиваюсь от лап и когтей, я проскальзываю под телами, я прыгаю, я изгибаюсь ни на миг не забывая, что все это танец. Две сиды, скалясь и смеясь, так же безумно кружатся вокруг меня, направляя клинки на Стражей. Их короткие серебряные волосы развеваются в потоках неощутимого ветра, как и рваные подолы длинных призрачных платьев...Они кажутся видениями, нереальными, рожденными моим искаженным сознанием. Но это не так.

URL
2013-03-02 в 16:50 

Я делаю выпад вперед, целясь прямо в горло твари, и вместе с клинком к цели несется Правая, стремясь вцепиться в горло своими длинными и толстыми стальными когтями, что растут на ее хрупких ручках...И как подтверждение реальности этих созданий на шее Стража открываются пять страшных рваных трещин, и он падает на пол. Я, оттолкнувшись от тела, подпрыгиваю вверх, к самому потолку, а потом, падаю вниз, направив сестер на очередного волка, и пою, улыбаясь сверкнувшей в небе луне.
-Искаженные тени дрожанием сна
Заплетают вокруг свой немой хоровод.
Зверь голодный во мне. Открываю глаза,
Что бы снова взглянуть на пустой небосвод.
Тихий треск огня, что окутал мое тело меня раздражает, отвлекая от такого интересного дела, как препарирование очередной тушки и я, извернувшись, сбрасываю его с себя. Но он не опадает на земля, наоборот, складываясь в фигуры, сполохи поднимаются в воздух, сопровождая меня как свита, готовая уничтожить любого, кто приблизиться ко мне. Запахло паленой шерстью...Мне нравиться это. Это приятный запах чужого поражения...
-Плети черной луны разрывают мне грудь,
Голос мой, надрываясь, пульсирует тьмой...
Убегай от меня, не преследуй мой путь,
И не слушай как голос звенит под струной!
Мне надоело играть- Стражи, осознав, что орешек оказался им не по зубам, стали просто убегать, не делая ни единой попытки спастись...Скучно! А их было еще шестеро- лови каждого, убивай...Нет, не стоит так бездарно тратить время!
Послушные моей воле нити, что связывают светило с землей, словом и мыслью, песней и силой, обрели плоть, становясь острейшими струнами. Что разрезают плоть замешкавшихся Стражей. Те, не понимая, что происходит, мечутся по залу, а невидимые струны отрезают им лапы, калечат тела...Мне остается лишь добивать слишком умных, заметно сокращая время этой скучной работы. Я напомнил себе мясника, что уже не первый десяток лет разделывает туши...Мое отношение было таим же спокойным и скучающим.
Для меня прежнего это было бы странным, но меня-"дракона" это не волновало, как не волновала кровь и грязь на одежде и волосах, мне хотелось лишь удовлетворять мое любопытство...
-Но не внемлют словам чьи-то тени немые-
Только голос и пенье запутанных нот...
И во след наступая, созданья слепые
Шли за мной по дороге нечаянных слез.
Им плевать, что мой меч напророчит лишь смерть,
И плевать, что в зрачках только холод насмешки-
Они просят одно: "Не заканчивай петь!",
И хрустят под ногами разбитые пешки...
Под ногами дороги замкнулись во круг,
По которому вечно придется идти,
Барду Тьмы, окруженье протянутых рук,
Тех кого чары песни прокляли вести...
Твари, издав последний стон, затихли с последними словами песни. Я тоже замер, наслаждаясь покоем и тишиной. С последим эхом растаяли чары, навеянные моей песней, и все исчезло- исчезли две стальные Леди, исчезли тени, рожденные черным пламенем, исчезли струны луны...Исчез "дракон". Остался только я-Кантаре, я-бард, я-повеса, который старался не испортить величественную картину и не попрощаться со вчерашним обедом.
Я не очень хорошо помнил, что происходило в последние минуты, прошлое было похоже на лоскутное одеяло. Где неведомый мастер перемешал события как в головоломке, так что мне потребуется немало времени, что бы понять, что только что произошло. Но, возможно, это и к лучшему- я не уверен. Что хочу знать, что делал и чем наслаждался я, обретя целостность.
За спиной раздались шаги, и я, обернувшись на звук, увидел приближающихся друзей. Израненные, усталые, они улыбались так радостно и приветливо, что я не смог удержаться и засмеялся, сбрасывая напряжение. И мне вторил их смех.
И в тот момент я осознал, что последние строки моей песни были пророчеством- я обречен вести их за собой, а они обречены следовать позади, даже если впереди будет смерть. Темный умеет вязать крепкие оковы...Наверное, я мог бы освободиться из этих цепей...но разве я хочу их разрывать?

Джайрин,
Наемница

Когда они подходили к барду, замершему посреди бойни, Джайрин чувствовала себя крайне неуверенно, что раньше случалось не так уж часто. Бард оказался совсем не таким, как она думала- нет, она и раньше понимала, что в нем сидит нечто темное, но не представляла масштабов. Наверное, надо было испугаться, но этого не происходило- видимо какая-то часть девушки понимала, что какой бы он не был, Кантаре все равно помнит и ее, и других. В конце концов о ведь помог им залечит раны! Хотя, как сказали Шурай и Кэсс, а их мнению повода не доверять не было, он залечил их как Черный Целитель, то есть мертвой плотью, но сид пообещал, что на ближайшем привале все исправит. так что обижаться было не на что- он ведь каким-то образом спас их всех, хотя раньше считалось, что убить Стражей невозможно...
Бард обернулся и, посмотрев на нас, плюхнулся на пол, не сдерживая истерического смеха. Мы тоже, не в силах противиться той радости, радости жизни, стали смеяться вмести с ним. И нам было хорошо.
-Кантаре, ты ничего не хочешь нам сказать?- прозвучал тихий голос вампира, явно сгорающего от любопытства. Он был абсолютно спокоен, так как не умел смеяться, и ждал ответа быстро погрустневшего певца.
-Рене, а давай немного попозже? Сейчас не время для длинных историй...
Вампир согласился, хоть и явно с неохотой, и стал дожидаться когда замолчат остальные.
Немного успокоившись и послушав Пати, мы стали думать как нам быть, учитывая предательство графа.
Бард, почесав грязные волосы, начал:
-Ну, как я понимаю, вопроса будем ли мы спасать Фури нет? Вот и отлично! Тогда, простите, я не понимаю, что мы рассусоливаем- руки в ноги и вперед, пока с ей не случилось ничего плохого! На месте разберемся!
Мрачный Неки покачал головой, замечая:
-Мы ранены, устали, а воины графа сытые и отдохнувшие...У нас нет шансов!
-Против Стражей тоже не было! Не парься Неки, прорвемся! И вообще, это пока не главная проблема...
-А какая же главная?- к повару-убийце наконец-то вернулось ехидство, что ничуть не помешало барду, радостно улыбаясь, ткнуть в один из проходов:
-Наша первая и главная проблема- разобрать этот завал!

URL
2013-03-02 в 16:51 

Фури,
Странница

Когда восток снова заалел, связанная девушка с надеждой вглядывалась в темноту коридора, надеясь, что сегодня ее друзья все-таки вернуться, спасут ее и надают по шее этому сволочному офицеру. Последний, постоянно вставляя свои ехидные и жестокие комментарии, уже изрядно достал девушку, так что она желала ему долгой и мучительной гибели.
-Ну что, девица-красавица. Готова перед смертью доставить радость моим парням? Ой. Не хмурьтесь, милая, обещая, что вам понравиться! Ну а если это будет для вас так бесчестно, то можете утешаться тем, что смоете этот позор кровью!
-Смою. Твоей,- прошипела девушка, пытаясь укусить мужчину. Тот, лишь усмехнулся на ее жалкие потуги, и отошел, построив воинов вокруг входа в холм. Там. Где-то вдали уже послышались спокойные шаги. Сердце девушки наполнилось радостью, а по щекам потекли слезы.
-Рано радуешься, девочка.
Хриплый голос Мирна вернул ее с небес на землю- если смотреть со стороны, то у измотанных двухдневным сражением друзей куда меньше шансов на победу. Но это не заставляет ее перестать верить.
И он верит в победу друзей.
Когда на поверхности показались ребята, Фури даже дернулась навстречу, но ее резво перехватил стоящий ядом гвардеец и дав сильную пощечину, разбившую ей губы в кровь, усадил обратно. Девушка увидела как до белых костяшек сжались кулаки у Неки, как блеснул ненавистью взгляд барда...И на душе стало спокойно- ее спасут.
Но офицер так не считал. Расслабленно подойдя к команде, он сказал:
-Должен извиниться, но мы вынуждены вас убить.
-Почему, что мы сделали графу Сэнтиару, кроме того, что освободили его графство от тварей?
-Графству вы не сделали ничего, зато сделали Гильдии. А нам, знаете ли, после всех этих проблем с льдистыми, очень нужны деньги...Так что извиняйте!
И, махнув своим воинам, приказал:
-Убейте!

Кантаре,
Бард и жрец

Смотря на этого человека, который все решил, которому было плевать на все, кроме денег и приказов, мне почему-то вспомнился разговор с Лунным светом, который говорил, что я не могу выбирать, что выбор сделан за меня другими, теми, кто объявил мне войну. Сейчас, мне кажется, я начал понимать, что он имел в виду.
И я, взглянув в его глаза, принял его выбор. Я улыбнулся.
И в воздухе зазвучала Песня.

Мирн,
Офицер личной гвардии Сэнтиара

Когда он понял, что аристократик начал петь, мужчина едва сдержал смех. Это было так нелепо- петь перед смертью, так пафосно и бесполезно, что казалось издевательством...Но потом, когда он ощутил невидимые путы, сковавшие его тело, когда понял, что это была не просто песня, было уже поздно.
Поэтому он, собрав последние силы, поднял голову, что бы заглянуть в глаза барду. И там он увидел, как сквозь золото проглядывает тьма, как проглядывает осенью черный омут сквозь на миг разошедшийся ковер листьев на его поверхности...Это было страшно, очень-очень страшно...
А потом, уже теряя сознание, он прочитал по тонким губам:
-Во имя твое...
А дальше- тьма.

URL
     

Laboratory of art

главная